Главная » 2018 » Сентябрь » 10 » Мигель де Сервантес и его герои: Дон Кихот и Санчо Панса
07:12

Мигель де Сервантес и его герои: Дон Кихот и Санчо Панса

Мигель де Сервантес и его герои: Дон Кихот и Санчо Панса

Хитроумный идальго Дон Кихот Ламанчский/Don Quixote of La Mancha || Мигель де Сервантес, ч.1 / 6.

09:40:12

Дон - Кихот

01:41:32

История одной куклы

00:09:17

Освобожденный Дон Кихот | Советский мультфильм

00:19:35

 

Дон Кихот (Don Quijote) -  герой романа М. Сервантеса «Хитроумный идальго Дон Кихот Ламанчский» (2 тт., 1605—1615).

Странствуя по разорённой и угнетённой Испании конца 16 в., он всегда готов на рыцарские подвиги во имя любви к человеку, хотя жизнь грубо разрушает его иллюзии. Их несоответствие исторической реальности создаёт бесчисленные пародийно-гротескные ситуации.

Дон Кихот воплощает трагедию гуманиста, убедившегося в неосуществимости идеалов справедливости и гармонии человеческих отношений. Трагикомический и гуманистический смысл образа Дон Кихота получил общечеловеческое значение. Имя «рыцаря печального образа» приобрело различное истолкование в произведениях мировой литературы и искусства, стало нарицательным для обозначения человека благородного, смелого, великодушного, но далёкого от действительности.

К образу Дон Кихота неоднократно обращались в своих литературно-критических и публицистических выступлениях представители русской культуры: В. Г. Белинский, Н. А. Добролюбов, Д. И. Писарев, И. С. Тургенев, М. Е. Салтыков-Щедрин, Ф. М. Достоевский, А. В. Луначарский и др.


             Лит.: Тургенев И. С., Гамлет и Дон-Кихот, в кн.: Тургенев И. С., Полное собрание сочинений и писем в 28 томах. Сочинения, т. 8, М.—Л., 1964, с. 169—192; Державин К. Н., Сервантес. Жизнь и творчество, М., 1958; Снеткова Н., Дон Кихот Сервантеса, М.—Л., 1965; Сервантес и всемирная литература. Сб. статей, М., 1969; Predmore R. L., The world of Don Quixote, Camb. (Mass.), 1967.
             М. А. Гольдман.

 

Мигель де Сервантес и его герои: Дон Кихот и Санчо Панса


     
      Вся роскошь и наслаждения, отражающиеся
      в тупом сознании глупца, очень бедны
      в сравнении с сознанием Сервантеса, когда он
      писал «Дон Кихота» в своей печальной тюрьме
      А.Шопенгауэр
      «Афоризмы житейской мудрости»

 

В воскресенье 9 октября 1547 года в старом кастильском городке Алькала де Энарес, в церкви Санта Мария Майор, именем Мигеля был крещён родившийся, вероятно, 29 сентября, в день святого Михаила Архангела, четвёртый отпрыск семьи лекаря Родриго де Сервантеса Сааведры и его супруги Леоноры де Кортинас.

 


Запись о крещении Мигеля Сервантеса     

 

Сведения о фамилии Сервантес восходят к 1489 году, когда бакалавр Родриго де Сервантес, прадед Мигеля, получил от одного из жителей Кордовы тысячу восемьдесят мараведи за содержание доверенного его попечению раба, мавра Мухаммеда. Семейство Сервантес пользовалось уважением и жило в достатке, но в 1552 году дела отца юного Мигеля, - вольнопрактикующего лекаря Родриго, потерпели полный крах. Его арестовали за неуплату долгов ростовщику Грегорио Романо и пустили с молотка его имущество. Это оказалось катастрофой для семьи Сервантесов, которая так и не смогла вырваться из когтей бедности, напрасно перебираясь из города в город в надежде на удачу… Жизненные невзгоды и неудачи на протяжении всей жизни преследовали Мигеля де Сервантеса Сааведра, - великого писателя ставшего, наравне с его литературными героями, одним из символов Испании.

Как известно, первую часть «Дон Кихота» Сервантес начал писать в Королевской тюрьме Севильи, где он побывал дважды. Это мрачное заведение с его особым, неписаным уставом жизни и обычаев, с его прославленными тремя дверьми – «золотой», «серебряной» и «медной» через которые, за соответствующую их наименованию взятку, можно было попасть в худшие или лучшие камеры, с его загонами (ranchos) для преступников разного сорта, с его своеобразным арестантско-общинным бытом и колоритными  завсегдатаями, Сервантес покинул в начале 1603 года, унося с собой рукопись с несколькими главами романа. Но уже в 1605 году в мадридских книжных лавках появился роман озаглавленный «Хитроумный идальго дон Кихот Ламанчский» - первая часть бессмертного творения Сервантеса.

 

 Уцелевший экземпляр первого
издания Дон Кихота (1605г.)

 

Привелегия на издание романа была выдана Сервантесу 26 сентября 1604 года в Вальядолиде, - являвшимся в тот момент столицей Испании. Книга была таксирована 20 декабря 1604 года. Печаталась она в Мадриде, в типографии Марии Родригес, известной по имени её управляющего как печатня Хуана де ла Куэста на улице Аточа. Издание книги взял на себя книгопродавец Франсиско де Роблес.

Не слишком веря, по-видимому, в успех романа у читателей, Франсиско де Роблес выпустил его в свет на бумаге весьма невысокого качества; он был набран старым сбитым шрифтом, со множеством типографских ошибок и опечаток.

До наших дней дошло только восемь экземпляров этого первого издания. Весьма ограниченное число сохранившихся экзепляров первых изданий «Дон Кихота» объясняется тем, что значительная часть их тиража была отправлена испанскими книготорговцами в Америку.

Для испанца дон Кихот – это не жалкая борьба с ветряными мельницами, это эпопея самоотверженности, история порывов и заблуждений, слабости и силы, апофеоз человеческого достоинства. Как один из типичных эпизодов «Дон Кихота», едва ли не наиболее наглядно, воплощающий тему книжного рыцарства, поединок с ветряными мельницами привлекал к себе особое внимание иллюстраторов романа и значительно меньше его комментаторов. Между тем, он имеет свою историю, проливающую свет на некоторые частные моменты создания «Дон Кихота».

 

 

Первые ветряные мельницы были сооружены в Испании фламандскими предпринимателями именно в страдавшей недостатком воды Ла Манче, в районах сёл Тобосо и Кинтанар, в частности близ села Кампо де Криптана, не ранее середины семидесятых годов XVI века. Современники Сервантеса не без удивления взирали на эти странные сооружения, что нашло отражение в литературе того времени. И так было не только в Испании… В испанском языке того времени термин molino de viento (ветряная мельница) стал употребляться в фигуральном значении чего-то вымышленного и фантастического. Вот почему раздражённое воображение ламанчского рыцаря, возбуждённого ожиданием «доселе неслыханных» приключений, так легко могло принять криптанские мельницы за толпу грозных гигантов. Поражение, которое понёс дон Кихот в единоборстве с представшими перед ним мельницами-гигантами, вышло за рамки романа и сделалось на всех языках метафорическим выражением самой идеи «донкихотства».

Но фабула романа не замыкается на борьбе с ветряками, - многоплановость его необъятна. До вершины литературного Эвереста Испании того времени, на которой оказался «Дон Кихот», не дотягивают ни «Бускон» Кеведо, ни «Гусман де Альфараче» Матео Алемана который, кстати, тоже сиживал в Королевской тюрьме Севильи, примерно в одно с Сервантесом время («О темпос, о морес!…»). Конечно, в данном примере я подразумеваю не прижизненную популярность этих произведений, а уровень мастерства, причём не затрагиваю ни испанскую драматургию, ни поэзию. Если говорить о популярности, то роман Алемана за первые пять лет выдержал не менее 26 изданий, за тот же срок роман Сервантеса публиковался только десять раз. Но и в наше время тираж не критерий таланта, а отражение вкусов публики… - соответствие концепции Мика Харриса (drum: ex-«Napalm Death», «Scorn»).

Самое интересное, что судьбы Сервантеса и Алемана, пересекаясь, зеркально повторяются, многие черты и факты в жизни писателей весьма схожи, что сказалось и на их злоключениях, особенно на литературном поприще. Исключительный успех их романов не вывел ни того, ни другого из нужды. Литературный труд по тем временам - и не только в Испании – был ненадёжным источником дохода. Через два года Матео Алеман вновь попадает в долговую тюрьму Севильи, куда он прибыл из столицы нищим. Как Сервантес, так и Алеман пострадали от плагиата: незадолго до выхода второй части романа в 1602 г. в Испании появляется подложная «Вторая часть Гусмана де Альфараче», по иронии судьбы автор подложного «Альфараче» скрылся под псевдонимом Лукан де Сайяведра, пороча имя Сервантеса. Через двенадцать лет та же судьба постигает и самого Сервантеса, которого «опередил» некий Авельянеда (тоже псевдоним), опубликовав свою вторую часть «Дон Кихота».

Существует мнение, что «Дон Кихот» это автобиография, история благородного человека, истоптанного свиньями, посаженного в клетку стражниками и осмеянного бакалаврами и трактирщиками. Совпадений действительно много. Сервантес и его герой - ровесники. Если возраст Алонсо Кихано приближался к пятидесяти годам, когда он решил стать странствующим рыцарем, то писателю было около пятидесяти, когда он придумал своего героя. Оба они - обедневшие идальго. Однако главное – роднящие их гуманистические идеалы и горькая судьба. По-видимому, есть доля истины в том, что Сервантес создал своего героя, «беззлобно подшучивая над собой» (Х.Л.Борхес). И всё же, как ни горька была судьба автора и героя, Дон Кихоту его любовь к людям позволила после всех мытарств высказать им свою признательность, а Сервантесу написать роман, проникнутый верой в людей и любовью к ним.

2 апреля 1616 года, не покидая из-за болезни своего дома, Сервантес принял полное посвящение в терциарии францисканского ордена. Через две недели ему стало хуже.

18 апреля он причастился и, выразив желание быть погребённым в женском монастыре сестёр-тринитарок, заказал по себе две заупокойные мессы и назначил душеприказчиками свою жену и хозяина дома, где он жил. 19 апреля Сервантес слабеющей рукой подписал своё последнее литературное произведение – посвящение «Странствий Персилеса и Сихизмунды» графу де Лемос. В субботу 23 апреля 1616 года его не стало. Францисканцы-терциарии предали его тело погребению на следующий день в указанном им монастыре на улице Кантарранас за счёт благотворительных средств братства. Дом, в котором Сервантес провёл последние годы своей жизни и где он умер, был снесён в 1833 году, как угрожающий падением. Монастырь, в котором погребён Сервантес, впоследствии был переведён с улицы Кантарранас, и могила великого писателя была предана забвению.

 

Дом, в котором умер Сервантес
(согласно «Топографии города Мадрида дона Педро Техейры». 1656г.)

 

Но и по сей день, продолжают привлекать внимание читателей всего мира, сумасбродные выходки рыцаря Печального Образа - Хитроумного идальго Дон Кихота Ламанчского и добродушное лукавство его верного оруженосца Санчо Пансы. Конечно же, творчество Сервантеса не ограничивается только «Дон Кихотом», - это и «Назидательные новеллы», в т.ч. «Цыганочка», «Лиценциат Видриера», «Английская испанка», «Сила крови» и конечно же «Ринконете и Кортадильо» - родные братья Ласарильо, Альфараче, дона Паблоса и плутовки Хустины. Писатель отдал дань и драматургии – наиболее известное его произведение в этом жанре историческая драма «Нумансия», перу Сервантеса принадлежит так же сатирико-бурлескная поэма «Путешествие на Парнас». В пасторальном жанре был задуман роман «Галатея», над которым великий писатель работал на протяжении всей своей творческой жизни. И, наконец, последний роман Сервантеса «Странствия Персилеса и Сихизмунды», создавая который, писатель, по собственному его признанию, стремился соперничать с «Эфиопикой» Гелиодора…

 

Ловкий Ринконете   

 

  В истории ЛИТЕРАТУРЫ судьба «Дон Кихота» Сервантеса стоит на особом месте: Среди переводчиков знаменитого романа были Тобиас Смоллетт, Флориан, Людвик Тик, Жуковский. Перевести его мечтал Тургенев. Одна из первых драматических переделок «Дон Кихота» принадлежала перу Кальдерона. Тайну притягательности для человечества сервантовского образа пытались разгадать Шеллинг и Гегель, Тургенев и Достоевский, Генрих Гейне и Томас Манн, Мигель Унамуно и Ортега-и-Гассет. Герои многих великих романов, такие, как Пиквик, Тартарен из Тараскона, мадам Бовари, Том Сойер, Инсаров, князь Мышкин, обязаны своим рождением не только творческой воле своих создателей, но и цепкой памяти жанра, сохранившей идеи, мотивы и приёмы, заложенные впервые Сервантесом в «Дон Кихоте». Роман вдохновил таких художников, как Хогарт, Ходовецкий, Гойя, Доре, Домье, Пикассо, таких композиторов, как Мендельсон, Штраус, Рубинштейн, Мануэль де Фалья.

Аббат де ла Порт, в своём многотомном «Путешествователе, или Познании Стараго и Новаго Света», уделив внимание знаменитому роману, в качестве примера приводит один курьёзный случай, вот этот панегирик великому Сервантесу:

«…Сей труд известный во всех землях и переведённый на все языки, есть первый из всех сочинений сего рода; остротою, вкусом, добрыми шутками, искусством вмешивать приключения, и особливо дарованием научать забавляя. Каждая страница представляет смешные картины и благоразумные рассуждения. Сказывают, что Филипп III, однажды увидел с балкона ученика, который читая книгу останавливался, отрывался от неё и с бил себя по лбу, с чрезвычайным доказательством радости. «Сей мальчик, сказал Король, с ума сошёл, или читает Дон Кихота». Государь отгадал, ибо в самом деле он его читал…».

ОСНОВНЫЕ ИСТОЧНИКИ:

• Державин К.Н. Сервантес. ГИХЛ, М. 1958.

• Багно В. Дорогами «Дон Кихота». М., КНИГА 1988.

• Предисловие Л Пинского к «Гусману де Альфараче» Матео Алемана. Изд-е в 2-х томах. М., ГИХЛ 1963.

• Мадрид и Толедо /золотая книга/ Florence, BONECHI 2001.

• Аббат де ла Порт, «Всемирный ПУТЕШЕСТВОВАТЕЛЬ, или Познание Стараго и Новаго Света», т.15 «Гишпания», СПб 1816. /издание третие/

 

Биография

Сервантес
            Сааведра (Cervantes Saavedra) Мигель де (крещен 9.10.1547, Алькала-де-Энарес, — 23.4.1616, Мадрид), испанский писатель.

Сын хирурга, бедного идальго. В молодости служил солдатом, отличился в морской битве при Лепанто (7 октября1571), в которой лишился левой руки. Возвращаясь морем на родину, Сервантес Был захвачен пиратами и продан в рабство алжирскому паше. В неволе пробыл 5лет. После 4 неудачных попыток к бегству выкуплен миссионерами (1580).

По возвращении в Мадрид написал пасторальный роман «Галатея» (1585), патриотическую трагедию «Нумансия» и около 30 других пьес. Скудость литературного заработка вынудила Сервантеса переехать в Севилью и стать агентом по закупке провианта для флота, позже — сборщиком недоимок. Гражданская служба (1587—1603) была не более удачна, чем армейская: трижды Сервантес. попадал в тюрьму.

Соприкосновение по роду занятий с разными общественными кругами крупнейшего порта мировой империи определило более реалистический и плодотворный поздний период его творчества, который открылся 1-й частью романа «Хитроумный идальго Дон Кихот Ламанчский» (1605), начатой ещё в севильской тюрьме в 1602. Роман во многом — итог личной жизни Сервантеса, полной героических дерзаний и катастрофических неудач. Всенародный и общеевропейский успех романа соблазнил некоего А. Фернандеса де Авельянеду (псевдоним) выпустить «подложное» окончание. Задетый огрублением замысла и главных образов, Сервантес опубликовал 2-ю часть «Дон Кихота» (1615). Ранее он издал «Назидательные новеллы» (1613), «Новые восемь комедий и интермедий» (1615). На смертном одре закончил любовно-приключенческий роман «Странствия Персилеса и Сихизмунды» (опубликован 1617).

 

 

Преследуемый нищетой и унижениями, Сервантес перед смертью вступил в Орден терциариев и был похоронен за счёт братства. Могила Сервантеса затерялась.

Через всё творчество Сервантеса проходят контрасты идеальной «поэзии» душевной жизни, «романтики» непреклонных устремлений человека — и убогой «прозы» окружающего мира, иронически или юмористически освещенного.  Этим контрастом отмечены два жанра его драм: пьесы о доблестных в борьбе с превратностями судьбы, о любящих, неизменно верных своему чувству («Алжирские нравы», «Великая султанша» и др.), — и сатирические в плутовском духе интермедии («Вдовый мошенник», «Бдительный страж», «Судья по бракоразводным делам» и др.), яркий бытовой колорит которых не потускнел до наших дней. Те же контрасты в новеллах: любовно-авантюрные истории в духе новорыцарских поэм эпохи Возрождения («Великодушный поклонник», «Английская испанка»и др.) — и плутовские новеллы, сатирически изображающие повседневный быт («Беседа двух собак», «Ринконетс и Кортадильо»). Синтетичны в этом смысле рассказы с идеальными героинями на фоне «низкой» (трактирной, цыганской) среды: «Высокородная судомойка», «Цыганочка», которой Сервантес открыл для европейской литературы романтику «цыганской» темы, оказавшей впоследствии влияние на В. Гюго, П. Мериме, А. С. Пушкина. Особо стоят новеллы с напряжёнными, до патологического, состояниями души героя, маниакальными персонажами: «Ревнивый эстремадурец», «Лиценциат Видриера», герой которой помешан на том, что он стал «стеклянным» (исп. vidriera); в «хрупкой» и безумной, для окружающих всего лишь забавной, «мудрости» героя этой новеллы уже сказывается грустный юмор автора «Дон Кихота».

         Реалистический гений Сервантеса и неизменный вкус к героике и романтике органически слились во всей мощи лишь один раз: в субъективно героическом пафосе странствующего «безумно мудрого» рыцаря Дон Кихота, в открытии «донкихотской ситуации». Великий многоплановый роман Сервантеса возник из скромного замысла — высмеять модные в его время новорыцарские романы. Этот внешний литературно-пародийный план сюжета более всего ощутим в начальных пяти главах. За ним — в связи с историей «книжного рыцаря», проведённого сквозь все круги реальной жизни, — открывается многообразная панорама испанского общества (в «Дон Кихоте» около 670 действующих лиц) на стыке двух веков национального развития: восходящего и нисходящего. За романтикой «... поры странствующего рыцарства» буржуазии (см. Ф. Энгельс, в кн.: Маркс К. и Энгельс Ф., Соч., 2 изд., т. 21, с. 83), за эпохой Великих географических открытий и колониальных завоеваний начинает складываться капиталистическое общество — процесс, к которому Испания, ослепленная прошлыми успехами, приспособилась хуже других стран; её политика и экономика отмечены в это время бесплодным авантюризмом, «донкихотским» отсутствием «такта действительности» (см. В. Г. Белинский, Полн. собр. соч., т. 6, 1955, с. 34).

         Роман Сервантеса, художественная энциклопедия испанской жизни классического периода её культуры, изображает трагикомически бесплодный энтузиазм благородной личности на фоне жалкого прозябания самодовольных обывателей: мир непрактичного духа и бездуховной практики. Сюжет «Дон Кихота», его основная ситуация, строится на. двояком контрасте: центральная пара странствующих «безумцев» противостоит «трезвому» и пассивному социальному окружению, а рыцарь-«идеалист» — оруженосцу-«реалисту»; в обоих контрастах у каждой из сторон хватает «мудрости» (здравого смысла) лишь на то, чтобы развенчать иллюзии (безумие) другой стороны: специфически испанский национально-исторический план «донкихотской» ситуации. За национальным «донкихотством», за кризисом испанской культуры Сервантес уловил и нечто большее — всеевропейский кризис гуманизма Возрождения, его представлений о рождающемся новом обществе и о месте, отведённом в нём человеческой личности.

Среди великих реалистов нового времени Сервантес первый зафиксировал «прозаический» (обывательский), а не героический характер рождающегося общества. Грустным смехом над «героическим безумием», над утопической «романтикой» эпохи (осмеяние-прославление Дон Кихота) Сервантес реалистически завершил эволюцию искусства Ренессанса, прославлявшего идеализированную свободную личность, «творца своей судьбы», «сына своих дел».

Вместе с тем Сервантес положил начало новоевропейскую роману как «личностному эпосу», а в истории комического — юмору «высокого смеха» как смеха над высоким, над лучшим и благороднейшим в человеке, над вечной активностью человеческого сознания, над «истинно рыцарским» (на языке Дон Кихота) воодушевлением, вмешательством в ход жизни, когда одушевлённое лучшим сознание «прекраснодушно» теряет «такт действительности». В этом непреходящее, вечное значение общечеловеческого плана романа.

         На всех своих уровнях смысл романа Сервантес раскрывался перед потомством постепенно.

17 в. воспринял лишь пародийно-сатирический план. 18 в., особенно в лице мастеров английского романа (Г. Филдинг, О. Голдсмит, Л. Стерн), открыл благоприятность «донкихотских» положений для комической энциклопедии современного общества и для национального колорита юмористических характеров. Величайшей славы Сервантес достиг в 19 в., начиная с немецких романтиков, которые восторгались в «Дон Кихоте» непревзойдённой поэтизацией разлада между идеальным и реальным, усматривая в Дон Кихоте и Санчо Пансо «вечную пару» и «величайшую сатиру на человеческую восторженность» (Гейне Г., Собр. соч., т. 7, [М.], 1958, с. 39), «... мифологические лица для всего культурного человечества...» (Шеллинг Ф., Философия искусства, М., 1966, с. 385).

Непреходящее значение образа Дон Кихота, свободное от односторонностей романтических трактовок, раскрыла в 19 в. реалистическая критика (в русской литературе В. Г. Белинский, А. И. Герцен, И. С. Тургенев, а также Ф. М. Достоевский); об этом же свидетельствуют национальные «варианты» донкихотской темы (в английской литературе «Записки Пиквикского клуба» Ч. Диккенса, во французской — «Тартарен из Тараскона» А. Доде, в русской — «Идиот» Достоевского, и др.). Художественная мысль и критика 20 в. акцентируют особую актуальность воинственного гуманизма для нашего времени, а в рыцарском пафосе его героев — «аппеляцию к будущему» (см. А. В. Луначарский, Собр. соч., т, 4, 1964, с. 140).

История показывает, что образ Дон Кихота всегда раскрывается в ходе веков с новой стороны, что его ситуация для художественного сознания — в принципе незавершаемая, неисчерпаемая, вечно «открытая».


         Соч.: Obras completas, ed. publicada рог R. Schevill у A. Bonilla, v. 1—19, Madrid, 1914—41; в рус. пер. — Собр. соч., т. 1—5, М., 1961.
         Лит.: Белинский В. Г., Тарантас, Полн. собр. соч., т. 9, М., 1955; Тургенев И., Гамлет и Дон Кихот, Полн. собр. соч. и писем. Сочинения, т. 8, М. — Л., 1964; Гейне Г., Введение к Дон Кихоту, Собр. соч., т. 7, [М.], 1958; Державин К. Н., Сервантес, М., 1958; Менендес Пидаль Р., Избр. произв., М., 1961; Пинский Л., Сюжет «Дон Кихота» и конец реализма Возрождения, в его кн.: Реализм эпохи Возрождения, М., 1961; Сервантес и всемирная литература, под ред. Н. И. Балашова [и др.], М., 1969; Снеткова Н., «Дон Кихот» Сервантеса, М. — Л., 1965; Astrana Marin L., Vida ejemplar у heroica de M. de Cervantes Saavedra, t. 1—7, Madrid, 1948—58; Castro A., Hacia Cervantes, 3ed., Madrid, 1967; М. де Сервантес Сааведра. Библиография русских переводов и критической литературы на русском языке. 1763—1957, М., 1959.
         Л. Е. Пинский.

 



Категория: Культура | Просмотров: 23 | Добавил: lecturer | Теги: культура, кино, литература, всемирная литература, Дон - Кихот, кинозал, наше кино, Сервантес
Календарь Логин Счетчик Тэги
«  Сентябрь 2018  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930

Онлайн всего: 2
Гостей: 2
Пользователей: 0
наше кино кинозал история СССР Фильм литература политика Большевик буржуазная демократия война Великая Отечественная Война теория коммунизм Ленин - вождь работы Ленина Лекции СССР Сталин атеизм религия Ленин марксизм фашизм Социализм демократия история революций экономика китай советская культура кино классовая борьба красная армия классовая память Сталин вождь писатель боец Аркадий Гайдар Парижская Коммуна пролетарское государство учение о государстве научный коммунизм Ленинизм музыка Карл Маркс Биография философия украина дети Коммунист Горький антикапитализм Гражданская война Энгельс МАРКС наука США классовая война коммунисты театр титаны революции Луначарский сатира песни молодежь комсомол профессиональные революционеры Пролетариат Великий Октябрь история Октября слом государственной машины история Великого Октября семья социал-демократия поэзия рабочая борьба деятельность вождя съезды партии партия пролетарская революция рабочий класс Фридрих Энгельс документальное кино Советское кино научный социализм рабочее движение история антифа культура империализм исторический материализм капитализм россия История гражданской войны в СССР Ленин вождь Политэкономия революция диктатура пролетариата декреты советской власти пролетарская культура Маяковский критика
Приветствую Вас Товарищ
2018