Меню сайта
Поиск
Книжная полка.
Категории раздела
Коммунизм [911]
Капитализм [133]
Война [428]
В мире науки [53]
Теория [615]
Политическая экономия [5]
Анти-фа [50]
История [508]
Атеизм [37]
Классовая борьба [343]
Империализм [180]
Культура [980]
История гражданской войны в СССР [171]
ИСТОРИЯ ВСЕСОЮЗНОЙ КОММУНИСТИЧЕСКОЙ ПАРТИИ (большевиков). КРАТКИЙ КУРС [18]
СЪЕЗДЫ ВСЕСОЮЗНОЙ КОММУНИСТИЧЕСКОЙ ПАРТИИ (большевиков). [40]
Владыки капиталистического мира [0]
Работы Ленина [148]
Биографии [7]
Будни Борьбы [51]
В Израиле [16]
В Мире [26]
Экономический кризис [5]
Главная » 2017 » Июнь » 28 » Ликвидация буржуазно-демократических органов самоуправления. Присвоение Гитлером полномочий главы государства
10:15

Ликвидация буржуазно-демократических органов самоуправления. Присвоение Гитлером полномочий главы государства

Ликвидация буржуазно-демократических органов самоуправления. Присвоение Гитлером полномочий главы государства

 

Семья Оппенгейм

01:37:45

Профессор Мамлок

01:39:23

Фашистская «унификация» буржуазных партий

До прихода гитлеровцев к власти в Германии насчитывалось свыше тридцати буржуазных партий. После того как нацисты покончили с легальным существованием КПГ и СПГ — партий рабочего класса, — они поставили на повестку дня вопрос о ликвидации буржуазных политических партий. Руководители этих партий оказывали гитлеровцам всемерное содействие в этом деле, помышляя лишь о том, чтобы в качестве платы за свою угодливость получить высокие и хорошо оплачиваемые должности в фашистском государственном аппарате.

Еще 3 мая 1933 г. национальная партия переименовала себя в «немецкий национальный фронт», подчеркивая тем самым, что она отказывается от какого-либо соперничества с национал-социалистами. Руководитель «Стального шлема» (военизированной организации националистов) Зельдте демонстративно вступил в ряды гитлеровской партии. 21 июня 1933 г. распоряжением Геринга ряд организаций, примыкавших к национальной партии, в том числе «Бисмаркбунд» и «Немецко-национальные боевые отряды», были распущены под предлогом того, что в них «проникли коммунисты»1. На следующий день был «унифицирован» «Стальной шлем». Устанавливалось, что отныне в его состав могли входить только члены национал-социалистской партии; молодежные отряды «Юнгштальхельм» включались в CA и СС, а юношеская организация «Шарнхорст» — в «Гитлерюгенд». 27 июня 1933 г. руководители «немецкого национального фронта» Винтерфельд, Фрейтаг-Лорингофен и Пенсген подписали с Гитлером соглашение о самороспуске «фронта». Националисты — члены рейхстага и ландтагов включались во фракции нацистской партии.

В конце июня 1933 г. лидер националистов и давнишний соперник Гитлера в борьбе за первую роль в фашистском правительстве Гугенберг был снят с поста министра экономики. Его место занял давно поддерживавший гитлеровцев директор крупнейшего страхового общества «Альянс» Курт Шмидт. Яльмар Шахт сменил на посту директора Рейхсбанка близко стоявшего к националистам Лютера.

4 июля 1933 г. народная партия, бывшая в 20-х годах наиболее авторитетной партией германского монополистического капитала, объявила о своем самороспуске. Лидер партии Дингельдей направил Гитлеру письмо, в котором торжественно обещал лояльное сотрудничество бывших членов народной партии с нацистами.

В тот же день о своем самороспуске заявила баварская народная партия. 5 июля 1933 г. имперское руководство католической партии Центра опубликовало заявление о том, что «больше не существует почвы для партийно-политической деятельности». Членам партии предлагалось использовать «их силы и опыт для позитивного сотрудничества» с гитлеровцами2. В заявлении подчеркивалось, что все необходимые организационные мероприятия будут осуществлены «со всей быстротой». Скоро стало ясно, о какого рода «мероприятиях» шла речь: об организации широкой моральной и организационной помощи гитлеровцам со стороны князей католической церкви в Германии и за ее пределами.

Еще 28 марта 1933 г. архиепископ Кёльна кардинал Шульте, выступая на конференции католических епископов в Фульде, заявил, что церковь выражает полное доверие высшим представителям правительства и что все запрещения и предупреждения, не допускающие сотрудничества верующих с национал-социалистской партией, следует считать потерявшими силу3.

В мае — июне 1933 года состоялось несколько поездок Папена в Ватикан, а 20 июля гитлеровское правительство, которое было представлено тем же Папеном, и эмиссар Ватикана кардинал Пачелли (будущий папа Пий XIII) оформили конкордат — государственный договор между главой католической церкви и германским правительством. Согласно этому договору, за католической церковью сохранились в Германии права, которые у нее и без того никто не оспаривал (право католиков отправлять свои религиозные обряды и т. п.), но в то же время руководство католической церковью в Германии, поддерживаемое Ватиканом, пошло на целый ряд уступок Гитлеру, фактически на сговор с фашистами за спиной верующих трудящихся.

Католическая церковь в соответствии с конкордатом обязалась запретить духовенству и членам духовных орденов всякую политическую деятельность. В условиях глубокого недовольства фашистской диктатурой со стороны широких масс верующих такое обязательство являлось прямой поддержкой гитлеровского режима. Духовные лица приносили присягу фашистскому правительству. Только с санкции правительства могли назначаться епископы и архиепископы, причем главным при этом являлся вопрос: нет ли у нацистского правительства в отношении предложенных кандидатур возражений политического характера.

В таком же тесном союзе с гитлеровским правительством выступала и евангелическая (протестантская) церковь. В июне 1933 года Геринг в качестве министра-президента Пруссии назначил фашиста Егера государственным комиссаром евангелической церкви. Тот немедленно распустил избранные верующими представительства и назначил на их место членов инспирированного нацистами в 1932 году движения «немецкие христиане». Во главе евангелической церкви был поставлен пастор — фашист Мюллер, занимавший до этого пост главного пастора рейхсвера. 27 января 1934 г. епископы евангелической церкви опубликовали «заявление о верности» фашистскому режиму.

Одновременно с буржуазными партиями гитлеровцы «унифицировали» буржуазную прессу, а также буржуазные юношеские, спортивные и прочие организации. Честные журналисты, имевшие мужество писать правду, были уволены и большинство из них попало в фашистские концлагеря. «Унифицированные» органы печати стали теперь орудием фашистской пропаганды. Так, газета «Берлинер тагеблат», позволявшая себе в прошлом критиковать фашистов, теперь выступила с программной статьей, в которой говорилось буквально следующее: «Гитлеризм является самым демократическим движением в Германии за последние пятьдесят лет»4.

Простым распоряжением фашистского «вождя» молодежи Бальдура фон Шираха в 1933 году были распущены восемь существовавших до того буржуазных юношеских и детских организаций вместе с их координационным центром — имперским комитетом юношеских организаций5.

После «унификации» буржуазных партий, их прессы и подсобных организаций 14 июля 1933 г. гитлеровцы издали закон, вообще запрещавший в Германии существование каких-либо политических партий, кроме национал-социалистской. Принятый 1 декабря 1933 г. закон «об обеспечении единства партии и государства» объявил фашистскую партию «носительницей немецкой государственной мысли»7.

Ликвидация буржуазно-демократических органов самоуправления

Фашистская политика «унификации» была направлена также и на ликвидацию существовавших до того в Германии органов буржуазно-демократического самоуправления и местной автономии, на превращение местных органов власти в послушный инструмент фашистской диктатуры.

Первым этапом на этом пути явилось издание 7 апреля 1933 г. специального закона об унификации политического режима в империи и областях. Во всех землях устанавливался институт наместников правительства — штатгальтеров, которые назначались президентом с санкции Гитлера. Штатгальтеры одновременно являлись и гаулейтерами — руководителями земельных организаций фашистской партии. Если раньше ландтаги и другие органы местного самоуправления играли определенную роль — они могли назначать и смещать членов правительства земель, принимать земельные законы и т. п., то теперь положение в корне менялось. Ландтаги лишались возможности влиять на политику правительств земель. Штатгальтер мог назначать и смещать глав и членов местного правительства, распускать ландтаг и назначать новые выборы, издавать местные законы, смещать и назначать государственных чиновников и судей1.

Чтобы облегчить Гитлеру проведение «унификации» в Пруссии, Папен сложил с себя полномочия имперского комиссара Пруссии. В раболепном письме, направленном Гитлеру, Папен писал, что Гитлер, «подобно князю Бисмарку, в состоянии теперь унифицировать во всех пунктах политику самых больших немецких земель с империей»2. Гитлер объявил штатгальтером Пруссии самого себя, а прусским министром-президентом назначил Геринга.

Изданный в январе 1934 года закон «О новом построении империи» упразднил ландтаги, подчинил правительства земель непосредственно имперскому правительству, а штатгальтеров — министерству внутренних дел4.

В январе 1935 года гитлеровцы издали закон, по которому кандидатов в бургомистры могли выдвигать только местные организации национал-социалистской партии. Затем этот единственный кандидат утверждался министром внутренних дел в качестве бургомистра сроком на 12 лет. Местные фашистские организации назначали и советников бургомистров. Таким образом, гитлеровцы полностью ликвидировали местное самоуправление, подменив его централизованной системой правительственного управления, во главе которой стало руководство нацистской партии.

В целях создания для фашистской диктатуры прочной опоры среди чиновников и служащих гитлеровцы провели чистку государственного аппарата. В соответствии с так называемым законом о восстановлении профессионального чиновничества от 7 апреля 1933 г. из имперских, земельных и местных органов были изгнаны «служащие, которые вследствие их политической деятельности до настоящего времени не дают гарантии, что они в любой момент выступят за национальное (т. е. фашистское. — Г.Р.) государство»5. С государственной службы подлежали увольнению все лица, поступившие на службу после 9 ноября 1918 г., а также «служащие неарийского происхождения». В государственный аппарат влились сотни тысяч членов нацистской партии.

Выступая 18 мая 1933 г. в прусском ландтаге, Геринг провозгласил: «Кто завоевал должности, тот и будет ими владеть». Заместитель Гитлера Гесс разъяснил, что «даже в том случае, если ветераны партии не обладают способностями, это компенсируется их горячим стремлением к деятельности в интересах национал-социалистского государства»7.

Присвоение Гитлером полномочий главы государства

Последним актом, завершившим сосредоточение всей государственной власти в стране в руках главарей национал-социалистской партии, явилось присвоение Гитлером полномочий главы государства. 1 августа 1934 г. престарелый президент Гинденбург умер. В тот же день по предложению Гитлера был утвержден закон «О верховном главе государства в германской империи». Пост президента объединялся с постом рейхсканцлера. «Вследствие этого, — указывалось в акте, — полномочия президента переходят к фюреру и рейхсканцлеру Адольфу Гитлеру»3.

Для того чтобы придать видимость законности установлению режима полного произвола и беззакония, нацисты 19 августа 1934 г. поставили вопрос об объединении должностей президента и канцлера на «народное голосование».

Подготовка к референдуму сопровождалась усилением фашистского террора. Так, например, руководитель организации нацистской партии района Берлин—Бранденбург угрожающе заявил: «Кто 19 августа не примет участия в голосовании, является дезертиром и не может больше быть подданным Германской империи»5 — говорилось в нем.

Опубликованное гитлеровцами «завещание Гинденбурга» являлось фальшивкой от начала до конца. Хотя Гинденбург по своим политическим взглядам был ярым реакционером и сыграл не последнюю роль в передаче власти в руки гитлеровцев, но он лично — юнкер и прусский аристократ до мозга костей, фельдмаршал кайзеровской армии — недолюбливал «богемского ефрейтора» выскочку Гитлера и был не прочь иметь фашистскую диктатуру в форме столь близкой его сердцу монархии Гогенцоллернов. Поэтому незадолго до смерти в мае 1934 года Гинденбург подписал два документа: один из них — личное завещание о наследовании принадлежащего ему имущества и другой — письмо к Гитлеру. Там говорилось: «Моя воля состоит в том, чтобы Германия после моей смерти вновь обрела монархическую форму правления. Дом Гогенцоллернов имеет законные притязания, подкрепленные многовековой славной историей, и тем самым гарантирует сохранение мира, счастья и процветания немецкому народу в будущем»6. Однако сын Гинденбурга Оскар, а также Папен и статс-секретарь президента Мейснер, вскрывшие это письмо, поспешили уничтожить его и составили новый документ, который и был представлен общественности как «завещание Гинденбурга». Впоследствии авторы этой фальшивки пытались, выгораживая себя, возложить всю ответственность на других участников. Так, в английском суде по денацификации, рассматривавшем в 1947 году дело Оскара Гинденбурга, Папен показал, что последние абзацы завещания «несомненно происходят от него (то есть от Оскара Гинденбурга. — Г.Р.)».

Итоги референдума показали, что яростный фашистский террор не сломил воли немецких антифашистов к сопротивлению гитлеровцам. Даже по заведомо фальсифицированным данным, опубликованным фашистским правительством, свыше 7,1 млн. человек, имевших право голоса, или ответили отрицательно в ходе голосования, или не явились к избирательным урнам8. В действительности число голосовавших против Гитлера было, конечно, гораздо выше, чем официально сообщили фашистские органы.

Создание аппарата фашистского террора

Захватывая в свои руки одни звенья государственного аппарата и ликвидируя другие, гитлеровцы одновременно в первые же месяцы после прихода к власти развернули лихорадочную деятельность по созданию широко разветвленного аппарата фашистского террора. Аппарат буржуазного насилия, имевшийся в Веймарской республике, явно был не в состоянии удовлетворить гитлеровцев, поднявших кровавый террор в отношении всех демократических элементов на уровень государственной политики.

Базой для развертывания фашистского аппарата террора и насилия явились возглавляемые Гиммлером отряды СС. Если к моменту захвата гитлеровцами власти они насчитывали около 40 тыс. человек, то уже в 1937 году их численность превысила 210 тыс. человек1. «Общие СС» («Allgemeine SS») включали в себя руководство нацистской партии, представителей монополий, юнкерства, военщины, верхушку фашистской интеллигенции. Принадлежность к СС являлась лучшей предпосылкой для преуспевания и продвижения по служебной лестнице в фашистской Германии. Для охраны руководства фашистской партии в составе СС имелись специальные подразделения — «Ферфюгунгструппен», основу которых составлял моторизованный полк телохранителей Гитлера — «Лейбштандарт Адольф Гитлер». Для подавления возможных выступлений трудящихся, охраны концлагерей и других полицейских функций были созданы подразделения «Мертвая голова» в составе четырех полков (штандартов СС). Эти части систематически проводили учения, тренируясь в ведении уличных боев по подавлению мирного населения. Формально СС строились по добровольному принципу, однако на деле каждый поступавший подвергался строжайшему отбору по принципу социального происхождения и политической благонадежности. Рядовые посты в СС занимали сынки кулаков, средних и мелких буржуа. Под предлогом сохранения расовой чистоты эсэсовцев фашистское руководство тщательно следило, чтобы на них не оказывалось никакого нежелательного влияния. Согласно приказу Гитлера, изданному еще в 1931 году, эсэсовцы могли жениться лишь после тщательной проверки политической благонадежности невесты. Высокие оклады, кастовость, возможность безнаказанно чинить самые гнусные преступления, а в дальнейшем — перспектива хозяйничанья на захваченных территориях — все это превращало эсэсовцев в свирепое и жестокое орудие в руках фашистских руководителей.

Руководящий центр СС состоял из двенадцати главных управлений. Особое место среди них занимало главное имперское управление безопасности (RSHA) во главе с Гейдрихом. Оно возникло на базе «службы безопасности фюрера» (Sicherheitsdienst — SD), созданной еще до захвата гитлеровцами власти в качестве разветвленной шпионско-диверсионной организации нацистской партии. После прихода гитлеровцев к власти органы СД получили государственные функции и возглавили создание полицейско-террористического аппарата. 26 апреля 1933 г. под руководством СД в Пруссии была создана тайная государственная полиция (Geheime Staatspolizei — сокращенно «гестапо»)3. Фактическим руководителем гестапо стал Гиммлер, который к тому же не только являлся руководителем СС, но и был назначен полицейским комиссаром во всех землях, кроме Пруссии, где была создана так называемая политическая полиция. 17 июня 1936 г. Гиммлер был назначен начальником всей немецкой полиции. Являясь руководителем СС и начальником полиции, Гиммлер 26 июня 1936 г. издал декрет об объединении гестапо, политической полиции и существовавшей ранее уголовной полиции в так называемую полицию безопасности, которая в свою очередь была под руководством Гейдриха объединена с СД. Это объединение государственной организации — полиции безопасности и организации национал-социалистской партии — СД было затем оформлено специальным декретом от 27 сентября 1939 г. Возглавляемое Гейдрихом главное имперское управление безопасности одновременно являлось одним из управлений СС и управлением министерства внутренних дел. Управление безопасности состояло из семи отделов. Наиболее важными из них являлись возглавляемый эсэсовцем Мюллером четвертый отдел, ведавший подавлением антифашистских сил внутри Германии, и возглавляемый Шелленбергом шестой отдел, в функции которого входила организация гитлеровского шпионажа и диверсионно-подрывной деятельности за границей.

Гестапо, а затем полиция безопасности и СД охватили своими щупальцами всю Германию. Их агентура имелась на каждом заводе, в каждом учреждении. На каждые пять домов имелся специальный наблюдатель, который доносил о малейшем проявлении недовольства фашистским режимом.

Неотъемлемой составной частью фашистского механизма террора являлись концентрационные лагеря, куда гитлеровцы стремились бросить всех противников фашистской диктатуры. В концлагеря заключенных бросали без приговора суда, без разбирательства, без указания срока заключения. Первые концлагеря стали создаваться в Германии сразу после прихода гитлеровцев к власти. Еще в феврале 1933 года каждый полк СС создал свой концентрационный лагерь. В дальнейшем система концлагерей была расширена и узаконена.

К началу второй мировой войны сеть концлагерей охватила всю Германию. Насчитывалось шесть крупных лагерей (Дахау, Бухенвальд, Ревенсбрюк, Ораниенбург, Флоссенбург и Нейнгамм), каждый из которых представлял собой целую систему, включавшую от трех до десяти концлагерей4.

С 1934 года концлагеря официально перешли в ведение СС. Руководство ими осуществлялось экономическим и административным управлением СС во главе с эсэсовским генералом Полем.

Формально концлагеря делились на ряд категорий: трудовые, лагеря «для больных», экспериментальные (где эсэсовцы проводили над заключенными свои «опыты»), тренировочные (где эсэсовцев обучали «руководству» концлагерями) и т. д. Однако на деле все концлагеря были «фабриками смерти», главным назначением которых являлось уничтожение содержавшихся в них заключенных. «Голод и голодная смерть, садизм, плохая одежда, отсутствие медицинского обслуживания, болезни, избиения, виселицы, замораживание, вынужденные самоубийства, расстрелы и т. п. ...Заключенных убивали без разбора; преднамеренные убийства евреев были обычны; впрыскивание яда, расстрелы в затылок были ежедневными событиями; свирепствовавшие эпидемии брюшного и сыпного тифа, которым предоставляли неистовствовать, служили средством уничтожения заключенных; человеческая жизнь в этом лагере ничего не значила. Убийство стало обычным делом, настолько обычным, что несчастные жертвы просто приветствовали смерть, когда она наступала быстро»5, — так Международный Военный Трибунал в Нюрнберге охарактеризовал обстановку, царившую в «трудовом» концентрационном лагере Флоссенбург. Аналогичное положение было и в других концлагерях.

В целях осуществления фашистского террора была перестроена и судебная система. В качестве высшего суда по вопросам «государственной измены» в Берлине был учрежден так называемый «народный трибунал». Его приговоры не подлежали кассации, а защитников для подсудимых назначал сам председатель трибунала.

Для судебной расправы с антифашистами на местах в каждом судебном округе в марте 1933 года были созданы так называемые чрезвычайные суды6. Зачастую в округах создавалось и по два чрезвычайных суда. Создание чрезвычайных судов в любом случае определялось масштабом антифашистского движения в данном районе. Члены чрезвычайных судов — председатель и два заседателя — назначались из лиц, доказавших свою преданность фашистскому режиму.

В одном из своих решений имперский суд прямо утверждал, что чрезвычайные суды «как по своему наименованию, так и по своей сущности стоят вне публичного судопроизводства». Один из кровавых гитлеровских судей, некто Идель, занявший затем в ФРГ пост директора земельного суда в Дюссельдорфе, откровенно писал, что цель чрезвычайных судов состоит в том, чтобы «искоренять противников третьей империи, главным образом коммунистов и социал-демократов»7.

В то же время фашистское правительство запретило судебным органам рассматривать какие-либо дела, касающиеся зверств и политических преступлений, творимых гитлеровцами. «Разные люди часто жалуются на мнимые эксцессы штурмовиков... В каждом случае первая инстанция, к которой следует обращаться с такими жалобами, — это местный отряд штурмовиков»8, — объявил орган фашистского правительства в августе 1933 года. Жертвам фашистского террора цинично предлагалось обращаться за помощью к своим палачам.

* * *

Таким образом, в течение 1933—1934 годов гитлеровцы, широко применяя методы террора и провокаций, захватывают одно звено государственного механизма Германии за другим и сосредоточивают в своих руках всю полноту государственной власти в стране.

Одновременно нацисты, опираясь на захваченные органы власти, постепенно лишают народные массы Германии всех демократических прав и свобод, жестоко расправляются и загоняют в подполье партии и организации рабочего класса, создают разветвленный аппарат фашистского террора и насилия.

Все это означало определенное упрочение фашистской диктатуры, усиление позиций агрессивной империалистической буржуазии, интересы которой представляли гитлеровцы.

Опираясь на фашистский аппарат насилия и террора, империалистическая реакция в Германии получила возможность подавить, хотя бы временно, антифашистские силы немецкого народа, запугать и обмануть остальную часть населения и тем самым создать необходимые предпосылки для форсированной и всесторонней (экономической, военно-дипломатической, идеологической) подготовки фашистской Германии к новой войне.

Это стало возможным прежде всего вследствие все усиливавшейся поддержки гитлеровцев со стороны ведущих монополистических кругов страны, а также юнкерства и военщины. Они не только привели нацистов к власти, но и помогли им упрочить фашистскую диктатуру.

Позиция этих реакционных сил оказала определяющее влияние и на поведение руководителей нефашистских буржуазных партий, которые не только не поставили вопрос об отпоре нацистским притязаниям на установление неограниченного всевластия в стране, но своей соглашательской тактикой оказали гитлеровцам существенную и ценную поддержку.

Особенно неприглядной является роль Клааса, Брюнинга, Аденауэра и других лидеров католической партии Центра, наиболее массовой буржуазной партии, ведшей за собой миллионы антифашистски настроенных католиков — рабочих, крестьян, мелких буржуа, работников умственного труда.

Наконец, упрочить фашистскую диктатуру помогла предательская позиция, занятая руководством социал-демократической партии и Всегерманского объединения профсоюзов. В условиях, когда фашистский террор уже в полной мере обрушивался не только на коммунистов, но и на все партии и организации рабочего класса, правые реформистские лидеры все еще не оставляли своих надежд на включение социал-демократической партии и профсоюзов в систему фашистской диктатуры. Они заигрывали с гитлеровцами и отказывались вступать в какие-либо переговоры с Коммунистической партией Германии о совместных антифашистских действиях. Это помешало создать в 1933—1934 годах в Германии единый фронт рабочего класса против фашизма и сорвать планы реакции. Гитлеровцы получили возможность захватить в свои руки государственный аппарат и использовать его в интересах наиболее агрессивных милитаристских кругов; они нанесли удар по миролюбивым демократическим силам немецкого народа и открыли тем самым дорогу к развязыванию войны за передел мира в пользу германского империализма.

 

Розанов Г. Л. - Германия под властью фашизма (1933-1939)

http://www.katyn-books.ru/library/germaniya-pod-vlastyu-fashizma11.html



Категория: Анти-фа | Просмотров: 608 | Добавил: kvistrel | Теги: теория, война, документальное кино, антифа, наше кино, кинозал, фашизм, экономика
Календарь Логин Счетчик Тэги
«  Июнь 2017  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
2627282930

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
наше кино кинозал история СССР Фильм литература Большевик политика буржуазная демократия война Великая Отечественная Война коммунизм теория Лекции Ленин - вождь работы Ленина поэт СССР Сталин атеизм религия Ленин марксизм самодержавие фашизм Социализм демократия история революций история революции экономика советская культура кино классовая борьба красная армия классовая память писатель боец Аркадий Гайдар царизм Гагарин достижения социализма первый полет в космос научный коммунизм Ленинизм музыка Биография Карл Маркс украина дети воспитание Коммунист Горький антикапитализм Гражданская война наука США классовая война коммунисты театр сталинский СССР титаны революции Луначарский сатира молодежь комсомол песни профессиональные революционеры история комсомола Великий Октябрь история Октября Дзержинский слом государственной машины история Великого Октября построение социализма поэзия съезды Советов Сталин вождь рабочая борьба деятельность вождя съезды партии партия пролетарская революция Фридрих Энгельс документальное кино Советское кино рабочее движение история съезд партии антифа культура империализм капитализм россия История гражданской войны в СССР Ленин вождь Политэкономия революция диктатура пролетариата декреты советской власти пролетарская культура Маяковский
Приветствую Вас Товарищ
2017