Меню сайта
Поиск
Книжная полка.
Категории раздела
Коммунизм [906]
Капитализм [175]
Война [550]
В мире науки [58]
Теория [690]
Политическая экономия [5]
Анти-фа [53]
История [546]
Атеизм [41]
Классовая борьба [397]
Империализм [243]
Культура [1019]
История гражданской войны в СССР [170]
ИСТОРИЯ ВСЕСОЮЗНОЙ КОММУНИСТИЧЕСКОЙ ПАРТИИ (большевиков). КРАТКИЙ КУРС [17]
СЪЕЗДЫ ВСЕСОЮЗНОЙ КОММУНИСТИЧЕСКОЙ ПАРТИИ (большевиков). [40]
Владыки капиталистического мира [0]
Работы Ленина [138]
Биографии [7]
Будни Борьбы [127]
В Израиле [77]
В Мире [139]
Экономический кризис [35]
Главная » 2017 » Апрель » 7 » История гражданской войны в СССР. ПОДГОТОВКА ВООРУЖЁННОГО ВОССТАНИЯ В ПЕТРОГРАДЕ. 2. ПРЕДАТЕЛЬСТВО.
12:00

История гражданской войны в СССР. ПОДГОТОВКА ВООРУЖЁННОГО ВОССТАНИЯ В ПЕТРОГРАДЕ. 2. ПРЕДАТЕЛЬСТВО.

История гражданской войны в СССР. ПОДГОТОВКА ВООРУЖЁННОГО ВОССТАНИЯ В ПЕТРОГРАДЕ. 2. ПРЕДАТЕЛЬСТВО.

В дни Октября


ГЛАВА ТРЕТЬЯ.


ПОДГОТОВКА

ВООРУЖЁННОГО ВОССТАНИЯ

В ПЕТРОГРАДЕ.


2.

ПРЕДАТЕЛЬСТВО.

Разбитые в Центральном Комитете большевиков, Каменев и Зиновьев решились на неслыханное в истории партии преступление. 17 октября, через несколько часов после заседания, они обратились в меньшевистскую газету «Новая жизнь» с заявлением о своих разногласиях с Центральным Комитетом.

«Ввиду усиленного обсуждения вопроса о выступлении, — сообшал Каменев, — я и товарищ Зиновьев обратились к крупнейшим организациям нашей партии в Петрограде, Москве и Финляндии с письмом, в котором решительно высказывались против того, чтобы партия наша брала на себя инициативу каких-либо вооружённых выступлений в ближайшие сроки... Не только я и товарищ Зиновьев, но и ряд товарищей-практиков находят, что взять на себя инициативу вооружённого восстания в настоящий момент, при данном соотношении общественных сил, независимо и за несколько дней до съезда Советов, было бы недопустимым, гибельным для пролетариата и революции шагом»1.

Редактор газеты меньшевик Суханов немедленно сообщил о письме Зиновьева — Каменева своим приятелям по партии. До сих пор обсуждение вопроса о восстании шло в совершенно секретном порядке. Никто вне большевистской партии не знал о предпринимаемых шагах. И вдруг накануне восстания Каменев и Зиновьев разгласили секретное решение Центрального Комитета.

В тот же день, 17 октября, буквально через час-другой после сообщения Суханова, спешно собралось эсеро-меньшевистское бюро Центрального исполнительного комитета и постановило отложить съезд Советов до 25 октября и обеспечить на съезде большинство мелкобуржуазным партиям. Всего три дня тому назад они объявили незаконным съезд Советов Северной области и замолчали его телеграмму, призывавшую армию опрокинуть все препятствия и прислать своих делегатов на Всероссийский съезд Советов. А сейчас, сделав крутой поворот, эсеро-меньшевики ссылались на призыв Северного съезда и, в свою очередь, звали армию обеспечить представительство на съезде. Посыпались телеграммы в армейские, ещё не переизбранные соглашательские Советы.

«Придать политике съезда устойчивость и направление, соответствующее интересам всей революционной демократии и революции»1, — так объясняли свой манёвр мелкобуржуазные лидеры.

Расчёт эсеро-меньшевиков был довольно прост. Они знали, что Троцкий требовал отложить восстание до съезда Советов. Теперь стало известно, что Зиновьев и Каменев выступили против вооружённого восстания. Соглашатели рассчитали, что, отсрочив съезд Советов, они дадут возможность имеющимся в большевистской партии противникам революционной тактики усилить борьбу против Ленина и Сталина. Помимо того эсеро-меньшевики хотели использовать отсрочку для завоевания большинства на съезде. Отсрочка давала возможность Временному правительству лучше подготовиться к разгрому восстания.

Утром 18 октября письмо Каменева — Зиновьева появилось в печати. Враг узнал о подготовляемом восстании. Командующий войсками Петроградского округа полковник Полковников немедленно разослал по гарнизону «весьма спешный» приказ:

«1) Каждой воинской части согласно особым распоряжениям в пределах района своего расположения оказывать всемерное содействие органам городского самоуправления — комиссарам и милиции — в охране государственных и общественных учреждений;

2)    совместно с районным комендантом и представителем городской милиции организовать патрули и принять меры к задержанию преступных элементов и дезертиров;

3)    всех лиц, являющихся в казармы и призывающих к вооружённому выступлению и погромам, арестовывать и отправлять в распоряжение 2-го коменданта города;

4)    уличных манифестаций, митингов и процессий не допускать;

5)    вооружённые выступления и погромы немедленно пресекать имеющимися в распоряжении вооружёнными силами»2.

Днём 18 октября на Дворцовой плошади перед Зимним дворцом были установлены броневые автомобили с пулемётами.

Вечером 18 октября Временное правительство собралось на секретное заседание. Военный министр Верховский и министр внутренних дел Никитин доложили о мерах, принимаемых против выступления. После заседания правительства у Керенского в кабинете состоялось военное совещание по охране Петрограда. Присутствовали:    главный начальник округа полковник Полковников, его помощник Козьмин, начальник штаба округа генерал Багратуни и командиры бригад.

Полковников и Багратуни сделали доклад о мерах, принятых для предупреждения и подавления восстания. Столицу разделили на районы. «Поддержание порядка» в каждом районе возложили на командиров частей войск. По городу разосланы дополнительные патрули и дозоры. На окраинах города расположены сильные воинские заставы, их задача — не допустить массовых сборищ. По всему Петрограду разбросаны скрытые конные резервы, готовые по вызову в любой момент подавить «беспорядки».

«Конкретные меры уже намечены, одобрены и будут проводиться в жизнь с завтрашнего дня»1, — заявил Полковников.

До 6 часов утра шло обсуждение мер борьбы с готовящимся вооружённым восстанием. Наутро, 19 октября, в город были вызваны юнкера, усилены караулы, в разных частях города размещены казаки.

Меньшевики выболтали, какие именно меры приняты правительством. 19 октября их центральный орган «Рабочая газета» сообщала своим читателям:

«Уже принят целый ряд мер к предупреждению опасных эксцессов. Вчера вся милиция без исключения вооружена револьверами. В состав милиции влито 600 отборных солдат, в высшей степени сознательных и преданных Временному правительству»2.

Но перепуганные мелкие буржуа находили это недостаточным. Свою статью меньшевики с тревогой закончили:

«Тем не менее нужно сказать, что дело охраны столицы от тёмных сил не стоит на высоте, ибо нет достаточно надёжного и исполнительного органа»3.

Представитель меньшевиков в правительстве успокоил своих нервничающих товарищей. В газете появилось сообщение о беседе с министром внутренних дел Никитиным. Последний заявил, что против выступления большевиков приняты «меры самые решительные и энергичные»4.

Предупреждённый враг получил возможность подготовиться и взять в свои руки инициативу. В этой связи становится понятным выступление контрреволюции 19 октября в Калуге.

Вся буржуазная пресса подняла крик и вой. Меньшевистская «Рабочая газета» поместила 19 октября статью «Зиновьев против Ленина». Злорадно издеваясь над внутренними разногласиями, меньшевики обрушились на большевиков со злобной клеветой. Они лгали, что большевики натравливают на правительство беглых матросов и дезертировавших с фронта солдат, привлекают к себе воровской элемент и т. д. Досужие меньшевистские кумушки уже «видели», что на улицах Петрограда появились какие-то «тёмные личности».

 «В воздухе чувствуется приближение грозы, — истерически кричали меньшевики. — Повидимому, выступление неорганизованных масс может произойти теперь даже помимо воли тех элементов, которые создали для него почву своей проповедью»1.

Газета «День» даже опубликовала... «план» большевистского восстания. Большевики по этому «плану» должны были восстать в ночь на 18 октября. Одна «армия» должна была двинуться с Охты через Литейный мост и, включив Выборгский район, занять Таврический дворец. Другая — направлялась из-за Нарвской заставы для занятия Зимнего дворца и других правительственных учреждений. Третья — из Старой и Новой Деревни для занятия Петропавловской крепости.

«Вечером стало известно, — добавил «осведомленный» корреспондент, — что большевики решили воздержаться от предположенного выступления. Вызвана эта отсрочка тем сообщением, которое было сделано вчера в секретном заседании одной из комиссий Совета республики главнокомандующим Петроградским военным округом полковником Полковниковыи о предпринятых им шагах к ликвидации возможных беспорядков»2.

Обливая большевистскую партию потоками грязи, буржуазная и мелкобуржуазная свора взывала к правительству:

— Примите меры!

Не дремали и эсеро-меньшевики в армии. Соглашательский комитет XII армии, вчера ещё грозивший от имени «фронта» сорвать съезд, сейчас от имени того же «фронта» спешно мобилизовал свои силы. Недавние противники съезда телеграфировали в Центральный исполнительный комитет и в бюро военного отдела:

«Просим проявить всю энергию для организации прибывающих на съезд делегатов фронта. От быстрой, широкой организации этих делегатов зависит результат съезда. Наша делегация будет 23 октября в полном составе. Просим не выдавать мандатов без удостоверения армейского комитета»3.

Солдатская секция Центрального исполнительного комитета, настроенная до того против съезда, 22 октября приняла срочную резолюцию о мире и передаче земли крестьянам. Но и в этой резолюции наряду с громкими фразами соглашатели попрежнему твердили:

«Мы не должны останавливаться даже перед переходом власти в руки демократии», — так начиналась резолюция,—-«но не Совета»1, — пугливо добавили соглашатели.

Эсеро-меньшевики подсказали Временному правительству, что у большевиков нужно перехватить лозунги «мира» и «земли». Опытные политические обманщики советовали использовать этот манёвр, чтобы лишить Советы возможности взять власть и действительно реализовать народные требования.

Подлое выступление Каменева — Зиновьева имело известный отзвук и в рядах бойцов революции, хотя оно и не могло поколебать зти сплоченные ряды. В ответ на предательскую выдачу плана восстания Петроградский Совет вынужден был публично заявить, что он не готовит никакого выступления. Это заявление могло дезориентировать массы, которые большевики призывали к восстанию. Действительно, на экстренном заседании полковых комитетов 21 октября один из ораторов выразил своё недоумение

«по поводу того разногласия, которое так резко бросается в глаза, если сопоставить заявление Петроградского Совета в воззвании к казакам, где Совет отрицает возможность выступления, со статьями Ленина в «Рабочем пути», в которых он открыто призывает к восстанию»2.

Утром 18 октября Ленин ещё не знал о предательстве Зиновьева и Каменева. У него в руках было письмо Зиновьева и Каменева, посланное в Петроградский, Московский и другие комитеты после решения Центрального Комитета большевиков 10 октября о восстании. В письме, названном ими «К настоящему моменту», Зиновьев и Каменев ещё раз повторили все свои доводы против вооружённого восстания.

«Доводы, с которыми выступали эти товарищи, — писал Ленин в ответ капитулянтам, — до того слабы, эти доводы являются таким поразительным проявлением растерянности, запутанности и краха всех основных идей большевизма и революционно-пролетарского интернационализма, что не легко подыскать объяснение столь позорным колебаниям. Но факт налицо, и так как революционная партия терпеть колебаний по столь серьёзному вопросу не в праве, так как известную смуту эта парочка товарищей, растерявших свои принципы, внести может, то необходимо разобрать их доводы, вскрыть их колебания, показать, насколько они позорны»3.

Едва Ленин закончил свой ответ, как ему принесли свежий номер газеты «Новая жизнь», где Зиновьев и Каменев выдали  врагам тайну восстания. Изменники нанесли предательский удар в спину революции. Враг предупреждён, враг знает, что не сегодня-завтра может начаться вооружённое восстание; враг несомненно принял срочные меры. Дело, от которого зависит судьба революции, в которое вложено столько ума, энергии, с которым связаны надежды и чаяния миллионных масс пролетариата и беднейшего крестьянства, поставлено под угрозу провала.

Словно физически почувствовав предательский удар, Ленин со всей страстью вождя и организатора обрушился на изменников. Он написал письмо к членам партии большевиков. Каждая строчка этого письма дышала гневом и возмущением. Письмо клеймило позором штрейкбрехеров. Оно вызывало презрение к защитникам буржуазного строя, к предателям.

«По важнейшему боевому вопросу, — писал Ленин, — накануне критического дня 20 октября, двое «видных большевиков» в непартийной печати и притом именно в такой газете, которая по данному вопросу идёт об руку с буржуазией против рабочей партии, в такой газете нападают на неопубликованное решение центра партии!

Да ведь это в тысячу раз подлее и в миллион раз вреднее всех тех выступлений хотя бы Плеханова в непартийной печати в 1906—1907 годах, которые так резко осуждала партия! Ведь тогда шло дело только о выборах, а теперь идёт дело о восстании для завоевания власти!

И по такому вопросу, после принятия центром решения, оспаривать это неопубликованное решение перед Родзянками и Керенскими, в газете непартийной — можно ли себе представить поступок более изменнический, более штрейкбрехерский?»1

Бичуя предателей, Ленин подчёркивал, что будет добиваться их исключения из партии. Ленин считал, что предательство Зиновьева и Каменева принесло огромный вред большевистской партии и несомненно отсрочило восстание.

«Что касается до положения вопроса о восстании теперь, так близко к 20 октября, — писал Ленин, — то я издалека не могу судить, насколько именно испорчено дело штрейкбрехерским выступлением в непартийной печати. Несомненно, что практический вред нанесён очень большой. Для исправления дела надо прежде всего восстановить единство большевистского фронта исключением штрейкбрехеров»2.

Но и тогда — в один из наиболее драматических моментов революции — Ленин ни на мгновение не усомнился в победе. Он верил в силу и сплоченность большевистской партии. Он знал, какие неисчислимые источники энергии таит в себе пролетариат. Он понимал, на что способен народ, если во главе его идёт испытанная пролетарская партия. Своё бичующее письмо Ленин закончил так:

«Трудное время. Тяжёлая задача. Тяжёлая измена.

И все-же-таки задача будет решена, рабочие сплотятся, крестьянское восстание и крайнее нетерпение солдат на фронте сделают своё дело! Тесней сплотим ряды, — пролетариат должен победить!»1

Отправив письмо, Ленин снова взялся за перо. На этот раз он писал в адрес только Центрального Комитета большевиков. Ленин требовал немедленно вывести предателей из Центрального Комитета и выгнать их из партии.

«Выступление Каменева и Зиновьева в непартийной печати, — добавлял Ильич, — было особенно подло ещё потому, что их кляузную ложь партия не может опровергнуть открыто... Мы не можем сказать перед капиталистами правды, именно, что мы решили стачку и решили скрыть выбор момента для неё.

Мы не можем опровергнуть кляузной лжи Зиновьева и Каменева, не вредя ещё больше делу. В том-то и состоит безмерная подлость, настоящее изменничество обоих этих лиц, что они перед капиталистами выдали план стачечников, ибо, раз мы молчим в печати, всякий догадается, как стоит дело»2.

В письме Ленин опять разобрал преступление Зиновьева и Каменева, показав, как велика совершённая ими подлость.

Письма Ленина обсуждались в Центральном Комитете 20 октября. Каменева вывели из состава Центрального Комитета, запретили Зиновьеву и Каменеву выступать с какими-либо заявлениями от имени большевиков, лишив их тем самым права быть членами партии.

Предательство Зиновьева и Каменева не могло приостановить развитие революции. Большевики накопили и соорганизовали огромные силы. Народные массы были мобилизованы. Контрреволюцию окружало бушующее революционное море рабочих и солдат. Но вооружённое восстание после предательства Зиновьева и Каменева пришлось отсрочить. Выступать в такой момент значило попасться в ловушку врага.

Отсрочить, однако, не означало снять. Руководящим указанием для Центрального Комитета большевиков стало то, что писал Ленин в своём последнем письме:

«Вопрос о вооружённом восстании, даже если его надолго отсрочили выдавшие дело Родзянке и Керенскому штрейкбрехеры, не снят партией»3.

Отбросив обоих капитулянтов, Центральный Комитет большевиков под руководством Ленина настойчиво и упорно продолжал работу по организации восстания.

Читать полностью

http://kvistrel.su/index/istorija_grazhdanskoj_vojny_v_sssr/0-16

продолжение следует

Скачать том 2

https://drive.google.com/file/d/0B5Ukzv8_4OCxWlZnVU91b2VEVWs/view?usp=sharing



Категория: История гражданской войны в СССР | Просмотров: 251 | Добавил: lecturer | Теги: Ленин, Горький, история СССР, история, классовая война, СССР, Гражданская война, классовая память
Календарь Логин Счетчик Тэги
«  Апрель 2017  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Сталин революция война фашизм религия история США демократия украина капитализм кризис СССР Социализм россия политика кино Великая Отечественная Война литература империализм песни коммунизм дети поэзия музыка наука культура классовая борьба 8 марта Левый Фронт партия история СССР комсомол атеизм Коммунист Ленин марксизм Маяковский Ленинизм 1 мая история революций Карл Маркс научный коммунизм кинозал самодержавие рабочее движение теория антифа классовая память экономика антикапитализм коммунисты хрущев Великий Октябрь история революции советская власть Пушкин советская культура красная армия Ливия юмор государство и революция писатель Большевик боец Аркадий Гайдар пролетарская культура царизм учение о государстве наше кино Гагарин достижения социализма первый полет в космос Биография буржуазная демократия Горький Фильм Гражданская война диктатура пролетариата классовая война наука СССР работы Ленина Как закалялась сталь декреты советской власти слом государственной машины история Великого Октября построение социализма съезды Советов Сталин вождь рабочая борьба деятельность вождя съезды партии пролетарская революция Фридрих Энгельс Советское кино съезд партии Съезд Политэкономия История гражданской войны в СССР Ленин - вождь Ленин вождь
Приветствую Вас Товарищ
2017