Меню сайта
Поиск
Книжная полка.
Категории раздела
Коммунизм [938]
Капитализм [132]
Война [432]
В мире науки [61]
Теория [656]
Политическая экономия [13]
Анти-фа [48]
История [492]
Атеизм [38]
Классовая борьба [394]
Империализм [179]
Культура [989]
История гражданской войны в СССР [205]
ИСТОРИЯ ВСЕСОЮЗНОЙ КОММУНИСТИЧЕСКОЙ ПАРТИИ (большевиков). КРАТКИЙ КУРС [29]
СЪЕЗДЫ ВСЕСОЮЗНОЙ КОММУНИСТИЧЕСКОЙ ПАРТИИ (большевиков). [44]
Владыки капиталистического мира [0]
Работы Ленина [194]
Биографии [7]
Будни Борьбы [51]
В Израиле [16]
В Мире [25]
Экономический кризис [5]
Главная » 2017 » Март » 24 » История гражданской войны в СССР. ОРГАНИЗАЦИЯ ШТУРМА. 3. МОСКОВСКИЕ БОЛЬШЕВИКИ В ПОДГОТОВКЕ ВОССТАНИЯ.
13:00

История гражданской войны в СССР. ОРГАНИЗАЦИЯ ШТУРМА. 3. МОСКОВСКИЕ БОЛЬШЕВИКИ В ПОДГОТОВКЕ ВОССТАНИЯ.

История гражданской войны в СССР. ОРГАНИЗАЦИЯ ШТУРМА. 3. МОСКОВСКИЕ БОЛЬШЕВИКИ В ПОДГОТОВКЕ ВОССТАНИЯ.

Последняя ночь

01:31:46

Г Л А В А     В Т О Р А Я .


О Р Г А Н И З А Ц И Я    Ш Т У Р М А.


3.

 

МОСКОВСКИЕ БОЛЬШЕВИКИ В ПОДГОТОВКЕ ВОССТАНИЯ.

   Условия работы в Москве несколько отличались от Петрограда, где борьбой непосредственно руководил Центральный Комитет большевиков. Основные кадры петроградского пролетариата состояли из металлистов и рабочих тяжёлой промышленности крупных предприятий. Это был «потомственный пролетариат», как их называли, подчёркивая тем самым, что петроградские рабочие давно потеряли связь с деревней. В Москве преобладали текстильщики. Их связь с деревней была теснее. Они медленнее освобождались от мелкобуржуазных влияний. Крупные предприятия Москвы составляли исключение в массе мелких и средних предприятий.

   Петроградский пролетариат пострадал от военных мобилизаций меньше, чем московский. Правительство старалось не посылать на фронт квалифицированных рабочих. В Москве взамен мобилизованных пришли новые пополнения из деревни, что на некоторое время значительно понизило боеспособность рабочих. Военная организация московских большевиков была значительно слабее военной организации Петрограда.

А главное — в Москве не было такого руководства партийной организацией, какое обеспечивали в Петрограде Ленин и Сталин.

Большим препятствием в деле мобилизации масс являлось то, что, в отличие от Петрограда и всех крупнейших центров, в Москве существовали отдельно Совет рабочих депутатов и Совет солдатских депутатов. Соглашатели всячески тормозили слияние Советов, стремясь тем сохранить своё влияние хотя бы в одном Совете солдатских депутатов, ибо в Совете рабочих депутатов быстро укреплялись большевики.

В Петрограде борьба приняла более острую форму и потому, что тут находилась центральная правительственная власть, и потому, что город включён был в прифронтовую полосу. В Петрограде репрессии были более суровыми. Таких явлений, как расстрел июльской демонстрации, неоднократное закрытие большевистских газет, арест руководителей, Москва не знала. В Москве после июльских дней местные власти ограничились лишь тем, что закрыли для большевиков доступ в казармы и временно запретили митинги под открытым небом.

Однако контрреволюция очень внимательно следила за развитием событий в Москве. Вторая столица, спокойная купеческая Москва, противопоставлялась первой — бурному революционному Петрограду. В Москву собиралось бежать Временное правительство. В Москве заседали «общественные деятели». Под этим «невинным» названием скрывались виднейшие деятели контрреволюции, по существу — её штаб. Москва расположена сравнительно недалеко от Донской области, откуда всегда можно было подтянуть казаков. Словом, Москву контрреволюция считала, якорем спасения. Сюда собирались перебросить побольше сил. Москву предполагали использовать ещё в период Государственного совещания.

Незадолго до него стало известно, что к Москве передвигается 7-й Сибирский казачий полк. Большевистская печать подняла тревогу. На заводах и фабриках выносили резолюции протеста против передвижения казаков. Кто передвигал полк, кто давал распоряжение — никто не сознавался, а те, кто знал, отмалчивались. Большевики прямо назвали Временное правительство виновником передвижения казаков, но Керенский тоже молчал, а командование Московского военного округа слало опровержение за опровержением.

Казачий полк так и не принял участия в выступлении Корнилова: выступление было ликвидировано раньше, чем московская контрреволюция успела придти ему на помощь. Но казаки остались в Москве и под Москвой.

Сейчас, когда вновь началась подготовка наступления против революции, Ставка решила направить в Москву целую кавалерийскую дивизию.

Взамен присылаемой дивизии было приказано вывести из Москвы 7-й казачий полк. Но контрреволюционеры в Москве рассчитали, что лучше иметь синицу в руках, чем журавля в небе. Командующий Московским военным округом полковник Рябцев срочно попросил оставить полк в Москве. Ставка отменила своё прежнее распоряжение, оставив полк в Москве. Считая это недостаточным, Ставка приказала перебросить ещё 4-й Сибирский казачий полк в Калугу.

Официальным «общественно-демократическим» органом, вокруг которого в Москве сосредоточились боевые силы контрреволюции, была избранная в июне 1917 года городская дума. Руководителем Московской городской думы был правый эсер, городской голова В. В. Руднев — врач по профессии, один из лидеров московской организации эсеров. Он был также и председателем Главного комитета Всероссийского союза городов. Крайне честолюбивый, Руднев претендовал на портфель министра, а может быть, и главы правительства, в случае если бы план организации в Москве нового временного правительства осуществился.

Однако не Руднев располагал реальными силами для борьбы с революцией. Боевые силы были в распоряжении штаба Московского военного округа, во главе которого стоял полковник генерального штаба К. И. Рябцев, — малодаровитый человек типа генералов-штабистов-администраторов царского времени. Волна революции выбросила его на руководящий пост, который заведомо был ему не по плечу. Военный специалист без политического горизонта, он ориентировался на партию эсеров, стоявшую, по его мнению, у власти. Официально эсером он не был; многие считали его народным социалистом.

Рябцев мог опираться только не небольшую часть многотысячного московского гарнизона. Прежде всего — на два военных училища и шесть школ прапорщиков. В кадетских корпусах воспитывались дети дворян и офицеров. Старшие классы могли быть использованы как боевая сила.

В Москве находилось тысяч пятнадцать офицеров — в отпуску, по лазаретам, кадровый состав запасных полков. Все они были на учёте штаба, но не были сведены в единый отряд. Однако, какое количество офицеров будет защищать Временное правительство, никто сказать не мог.

На сторону контрреволюции предполагалось привлечь студентов. Большинство из них поддерживало Временное правительство.

Сверх того буржуазия организовала свою «домовую охрану». В неё входили студенты, служащие. Нанимали офицеров из числа приехавших с фронта. Охрана не являлась регулярной силой, но в уличной борьбе против восставших могла оказаться полезной.

В самой Москве и в её окрестностях стояли казачьи части.

В лучшем случае Рябцев рассчитывал на 20 тысяч человек. Основные кадры состояли почти исключительно из юнкеров и офицеров, хорошо знающих военное дело. Их прекрасно вооружили. При успехе правительства можно было надеяться на присоединение всех офицеров, которые находились в Москве. Но оставалось загадкой, сколько из всех намеченных людей реально примет участие в борьбе с революцией.

А тем временем гарнизон явно переходил в руки большевиков. Необходимо было прежде всего ослабить гарнизон.

15 октября под предлогом сокращения армии, начатого военным министром, Рябцев приказал расформировать 16 запасных полков. Среди них были московские части. Расформирование полков и отправку людей на фронт предлагалось закончить к 10 ноября. Приказ был секретным. Этой мерой контрреволюция сразу вырывала огромную часть вооружённых сил большевиков.

21 октября Рябцев приказал немедленно отправить на фронт всех солдат-специалистов: плотников, кузнецов, сапожников, столяров, портных и т. п. В прошлом большая часть их была рабочими. Они поддерживали большевиков.

Штаб Московского военного округа спешил подтянуть к Москве воинские силы и отправить из Москвы революционно настроенных солдат потому, что контрреволюции, видимо, было известно о письмах Ленина, в которых он рекомендовал начать выступление, в случае необходимости, именно в Москве.

Исходу борьбы в Москве, наряду с Петроградом, Ленин придавал исключительное значение. Ещё в первом письме о восстании — между 12 и 14 сентября — Владимир Ильич писал:

« ... неважно, кто начнёт; может быть, даже Москва может начать...»1

Это не было директивой. Вождь революции в письме подчёркивал: восстание настолько назрело, что любой толчок может вызвать взрыв. В Москве нет центральных аппаратов правительства, там не ждут немедленного взрыва. Чутко следя за малейшим изменением в расстановке сил, Владимир Ильич 29 сентября снова повторяет, почему можно начать восстание в Москве:

«...мы имеем техническую возможность взять власть в Москве (которая могла бы даже начать, чтобы поразить врага неожиданностью)»2.

В самом начале октября Ленин в третий раз писал:

«Необязательно «начать» с Питера. Если Москва «начнёт» бескровно, её поддержат наверняка:

1) армия на фронте сочувствием, 2) крестьяне везде, 3) флот и финские войска идут на Питер»1.

Большевики Москвы были тесно связаны с Петроградом и немедленно узнали о решении Центрального Комитета. 19 сентября московская большевистская газета «Социал-демократ» опубликовала статью Сталина «Вся власть советам», где был поставлен вопрос о новом курсе большевиков на вооружённое восстание.

Письмо Ленина было получено в Москве во второй половине сентября. Письмо обсуждалось среди руководителей организации. Выяснилось, что Рыков, впоследствии расстрелянный за измену родине, был против восстания. Он понимал переход власти к Советам как своеобразный этап буржуазно-демократической революции.

Но в московской организации большевиков Рыков не нашёл поддержки.

Одно из совещаний для обсуждения письма Ленина состоялось на квартире В. А. Обуха. Там было 12 — 15 человек. Собрание затянулось, шли прения. Спорили не о восстании — этот вопрос не вызывал разногласий, — а о том, начинать ли выступление в Москве. Одни говорили, что Москва не может взять на себя почин выступления. Рабочие Москвы недостаточно вооружены, связь большевиков с гарнизоном слаба, до сих пор Исполнительный комитет Совета солдатских депутатов в руках соглашателей, да и сам гарнизон остался без оружия. Практически это означало отказ от восстания. Другие представители областного комитета большевиков полагали, что наличие хотя и небольшого, но боевого кулака при расхлябанности московских военных органов может обеспечить успех восстания. Большинство признало, что к восстанию готовиться необходимо, но начать его в Москве вряд ли возможно.

Затрудняли работу в Москве шатания и оппортунистические колебания среди отдельных руководителей Московского областного бюро.

Некоторые руководящие работники Московского комитета, как Пятницкий, разоблачённый впоследствии как враг народа, противились подготовке масс к захвату власти.

Все эти обстоятельства затрудняли работу московских большевиков, но они не могли задержать мобилизацию сил. Основная масса московских большевиков шла за Лениным и Сталиным, шла за Центральным Комитетом партии большевиков. Большевистские традиции декабрьского вооружённого восстания 1905 года вдохновляли рабочих Москвы на борьбу. Именно поэтому задолго до восстания в Москве созданы были многочисленные отряды Красной гвардии.

Процесс большевизации масс в Москве получил своё оформление в голосовании пленума московских Советов 5 сентября. Впервые в Москве депутаты и рабочего и солдатского Советов, существовавших раздельно, отдали большинство голосов за программную большевистскую резолюцию, которая выдвигала следующие требования:

1.    Немедленное вооружение рабочих и организация Красной гвардии.

2.    Прекращение всяких репрессий, направленных против рабочего класса и его организаций. Немедленная отмена смертной казни на фронте и восстановление полной свободы агитации всех демократических организаций в армии. Очищение армии от контрреволюционного командного состава.

3.    Выборность комиссаров и других должностных лиц местными организациями.

4.    Осуществление на деле прав наций, живущих в России, на самоопределение, в первую очередь удовлетворение требований Финляндии и  Украины.

5.    Роспуск Государственного совета и Государственной думы. Немедленный созыв Учредительного собрания.

6.    Уничтожение всех сословных (дворянских и прочих) преимуществ, полное равноправие граждан.

Осуществление этой платформы возможно лишь при разрыве с политикой соглашения и при решительной борьбе широких народных масс за власть»1.

Принятие этой резолюции вынудило соглашательское большинство в исполнительных комитетах и президиумах обоих Советов подать в отставку.

19 сентября состоялись перевыборы. В Исполнительном комитете Совета рабочих депутатов оказалось 32 большевика, 16 меньшевиков, 9 эсеров и 3 объединенца.

Но в Исполнительном комитете Совета солдатских депутатов эсеры получили 26 мест, большевики — 16, меньшевики — 9 и беспартийные — 9.

В московском гарнизоне только одна треть считалась в строевых частях, остальные — в мастерских, складах, арсеналах и других обслуживающих фронт предприятиях. В строевых частях гарнизона преобладал переменный состав: после нескольких недель обучения солдат отправляли на фронт. Постоянный, кадровый состав — офицерский и солдатский — обучал переменный. Среди постоянного состава было много уроженцев Москвы — сынков буржуазии, служащих и чиновников. «Окопались в тылу», — говорили о них.

Чтобы сохранить своё влияние, эсеры и меньшевики запретили отзыв депутатов из Совета. Но отдельные части отозвали немало потерявших доверие депутатов. Кроме того большевики широко использовали возможность производить перевыборы ротных и полковых комитетов.

Среди солдат гарнизона вёл энергичную работу ряд активных большевиков: М. Ф. Шкирятов, избранный в Совет солдатских депутатов и в Исполнительный комитет Совета, руководитель военной организации Московского комитета большевиков Ем. Ярославский,  О.  Варенцова и многие другие. Военная организация развернула большую работу. Она выдвинула лозунг о смене уставших на фронте «окопавшимися в тылу». Это требование было направлено и против оборонческого Совета солдатских депутатов, так как постоянный кадровый состав был главной его опорой. Кроме того военная организация (Военное бюро) вела большую работу по перевыборам низовых солдатских комитетов. Ем. Ярославский получил специальное указание из Петрограда от Я. М. Свердлова всеми силами добиваться перевыборов солдатских комитетов. Эта мера должна была исправить ошибку, допущенную в Москве, где сохранилось раздельное существование двух Советов — рабочих и солдатских депутатов. К Октябрю все полковые и ротные комитеты, за исключением 1-й запасной артиллерийской бригады, были переизбраны.

Емельян Михайлович Ярославский (Миней Израилевич Губельман)

Выборы в районные думы 24 сентября показали, какой глубокий сдвиг в сторону большевиков произошёл в пролетарских и полупролетарских массах Москвы: большевики получили почти 50% голосов, кадеты — 20, эсеры — 15 и меньшевики — чуть больше 4%.

Солдаты на 90% отдали свои голоса большевикам. Некоторые части голосовали почти полностью за большевиков.

Этот исключительный успех говорил, что пролетарская революция в Москве перешла из периода мобилизации сил в период организации штурма.

Работа в районах Москвы с каждый днём всё усиливалась и расширялась. Диспуты с эсерами и меньшевиками собирали обширные аудитории. Часто случалось, что рабочие сразу после диспута переизбирали своих депутатов в Советы. Каждый день в газетах сообщалось о победе большевиков. На Прохоровской мануфактуре при выборах в заводской комитет прошли большевики; в Пресненский районный Совет было избрано 11 человек, из них — 8 большевиков.

В районных комитетах обучали военному искусству. Но руководители московской организации недостаточно занимались технической подготовкой восстания — оружия нехватало. Его искали все и всюду. Посылали в Тулу покупать револьверы. Выпрашивали у солдат. Вытаскивали припрятанные винтовки. В Замоскворечье около сотни винтовок, прочищенных и смазанных, было тщательно замуровано в стене заводского комитета завода Михельсона. О них знали немногие работники районного комитета. Винтовки вытащили и роздали надёжным людям.

10 октября вечером в Большой аудитории Политехнического музея состоялась Московская общегородская конференция большевиков. На повестке дня:

1.    Современный момент:

а)    новая корниловщина и провокация на фронте;

б)    хозяйственная катастрофа;

в)    всенародная борьба с холодом и голодом.

2.    Кампания по выборам в Учредительное собрание.

Как раз за три дня до конференции Ленин обратился с письмом к Петроградской конференции, открытие которой намечалось 7 октября.

Ленин требовал мобилизовать все силы для отчаянной, последней, решительной борьбы с правительством Керенского.

К своему письму Ленин приложил резолюцию, рекомендуя её конференции. Письмо Ленина и его резолюция были доставлены в Москву. Их зачитали на общегородской конференции большевиков. Конференция приняла резолюцию Ленина полностью.

Это означало, что в один и тот же день, 10 октября, резолюция Ленина о вооружённом восстании не только была утверждена Центральным Комитетом партии, но и немедленно поддержана заседавшими 10 октября Петроградской и Московской общегородскими конференциями большевиков. Московские большевики одновременно с петроградскими поддержали вождя партии. Такова была сила организованности большевистской партии.

14 октября, после заседания Центрального Комитета большевиков, на котором присутствовали представители Москвы, состоялось заседание областного бюро в Москве. Оно без прений приняло директиву Центрального Комитета о восстании и немедленно наметило ряд мер по её реализации.

В заключение областное бюро большевиков постановило создать партийный боевой центр по руководству восстанием в составе двух членов областного бюро, двух — от Московского комитета и одного — от Московского окружного комитета.

Дня через два состоялось межрайонное совещание московского актива. Был горячий обмен мнений. Подсчитывали силы. Обсуждали, как усилить работу. Раздавались отдельные голоса о нехватке оружия. Жаловались на слабую связь с гарнизоном. Но актив почти единогласно поддержал решение о переходе к вооружённой борьбе за власть Советов. Решительная минута приближалась.

Революционный кризис в Москве и области нарастал гигантскими шагами. Уже десять недель бастовали кожевники. Металлисты и текстильщики были накануне стачки. Рабочие и служащие городских предприятий продолжали работать только потому, что Совет вмешался в их конфликт с городской думой. Положение рабочих становилось всё более невыносимым. Хозяева объявили негласный локаут, закрывали заводы и фабрики. Капиталисты усиленно обостряли кризис. Они провоцировали стачки, обвиняя потом рабочих в срыве производства. Нарушая интересы широких потребителей, хозяева натравливали их на рабочих. Сдержать массы было невозможно. Профсоюзы жаловались в Совет, требуя решительных мер в борьбе с проводимым буржуазией локаутом.

18 октября состоялось экстренное заседание Исполнительного комитета Московского Совета рабочих депутатов. На заседание были вызваны представители профсоюзов. Один за другим появлялись они на трибуне, рисуя перед слушателями тяжёлую картину положения рабочих.

Настроение в зале всё повышалось. Соглашатели чувствовали, что Исполнительный комитет поддержит профсоюзы. Эсеры и меньшевики потребовали перерыва, чтобы разойтись по фракциям и выработать конкретные предложения.

Пока заседали фракции, соглашатели вызвали на помощь Исполнительный комитет Совета солдатских депутатов — там преобладали эсеры и меньшевики.

Заседание продолжалось совместно с Исполнительным комитетом Совета солдатских депутатов.

Большевики требовали вмешаться в экономическую борьбу рабочих, издать ряд декретов о прекращении локаутов и удовлетворении всех требований бастующих. Если капиталисты откажутся, их нужно арестовать. На этой почве может произойти конфликт с местной и центральной властью. Тогда Совет, опираясь на массовое движение, перейдёт к захвату власти.

Предложение большевиков произвело впечатление разорвавшейся бомбы. Эсеры и меньшевики бесновались. Они понимали, что большевики ставят вопрос о власти.

Резкой и определённой платформе большевиков меньшевики и эсеры противопоставили ещё одно... обращение к Временному правительству: просить его издать декрет об удовлетворении требований рабочих.

Прения окончены. Объявляется поимённое голосование. В напряжённой тишине счётчики объявляют результаты: 46 голосами против 33 при 1 воздержавшемся принята резолюция меньшевиков. Соглашатели, однако, торжествовали недолго.

На следующий день, 19 октября, состоялся пленум обоих Советов. Как ни бились соглашатели, но 332 депутата против 207 при 13 воздержавшихся приняли резолюцию большевиков. Сообщение о результатах подсчёта было покрыто бурной овацией.

Едва стихли аплодисменты, как на трибуне появился меньшевик Б. Кибрик. Под смех и иронические замечания он говорил:

«Мероприятия, предложенные большевиками для ликвидации назревших в главнейших отраслях производства конфликтов, являются полным банкротством большевизма.

Декрет Совета об удовлетворении требований рабочих с угрозой ареста капиталистов, т. е. отмена декретом Совета классовой борьбы, есть фактически захват власти в наиболее неразумной форме и фактически изолирует рабочий класс»1.

Снова посыпались угрозы и предсказания всяких ужасов. Капиталисты заберут деньги из банков. Нарушится обмен между Москвой и всей страной. Рабочие будут обречены на голодную смерть, ибо исчезнут не только деньги, но и продукты. Это будет локаут, но уже созданный самими большевиками.

Словом, в своей лакейской преданности буржуазии меньшевики подсказали капиталистам меры борьбы с революцией.

В заключение разболтавшийся агент буржуазии потребовал переизбрать всех тех делегатов, которые голосовали за большевиков; в профсоюзах, голосовавших за мероприятия, предложенные большевиками, немедленно переизбрать правления.

Эсер Черепанов тоже заявил, что резолюция большевиков призывает по существу к неорганизованному захвату власти, а потому его партия снимает с себя всякую ответственность за тяжёлые последствия.

Усердным лакеям буржуазии дал отповедь большевик Аванесов:

«...если... справа перекладывают ответственность на нас, большевиков, мы заявляем, что этой ответственности не боимся и берём её на себя, но эта ответственность также ложится на московские Советы рабочих и солдатских депутатов... Мы призываем всю массу, чтобы она поддержала нас в нашей борьбе, и будем опираться только на эту массу. На солдатскую массу, которая своим голосованием показала, что идёт с нами, а также на рабочих, которые идут и будут идти только с нами»2.

— Будете ли вы подчиняться постановлениям Совета? — в упор спрашивал Аванесов соглашателей.

Варлаам Александрович Аванесов (Сурен Карпович Мартиросян)

В ответ меньшевик Кибрик невнятно пробормотал, что решению Совета они подчинятся, но не возьмут на себя руководства осуществлением предложенных мероприятий. А в заключение внятно и недвусмысленно он добавил:

«Мы поведём единую борьбу до конца, но употребим все усилия, чтобы парализовать гибельные последствия принятой сегодня резолюции»1.

«Парализовать последствия» — с этим подошли соглашатели к Великой пролетарской революции.

О настроении собрания можно судить по следующему. Когда один из эсеров сказал, что московские большевики проводят в жизнь лозунги Ленина, раздалось громкое:

«Да здравствует Ленин!»

Зал огласился приветственными возгласами. Собрание закончилось пением «Интернационала».

Постановление пленума обоих Советов буржуазия приняла как переход к захвату власти. «Русское слово» так и озаглавило свою информацию: «Постановление московских Советов о захвате власти»2. А московский городской голова эсер В. В. Руднев в тот же день заявил:

«Принятое московскими Советами постановление я рассматриваю как часть общей системы, которую решили проводить в жизнь. Начнут с захватов предприятий, перейдут к захватам банков и т. д.»3.

По городу распространялись слухи о близком выступлении большевиков.

Контрреволюция начала усиленно готовиться к борьбе, пытаясь первой перейти в наступление. Рябцев слал телеграмму за телеграммой в Ставку и штаб Юго-западного фронта, требуя присылки войск.

Ставка заверила Рябцева, что в пределы Московского округа направляется 1-я бригада 3-й гвардейской конной дивизии с конной батареей.

Решительная помощь Ставки внесла некоторое успокоение в штаб округа. 24 октября Рябцев разослал по телефону следующий приказ гарнизону:

«В обществе и, к сожалению, в некоторой части печати распространяются слухи, будто бы округу, и в частности Москве, кто-то, откуда-то и чем-то грозит. Всё это неверно... Стоя во главе вооружённых сил округа и на страже истинных интересов народа, которому одному только служит войско, я заявляю, что никакие погромы, никакая анархия не будут допущены. В частности в Москве они будут раздавлены верными революции и народу войсками беспощадно. Сил же на это достаточно»4.

Как ошибся Рябцев в оценке своих сил, показали события ближайших дней.

Еще 22 октября на областной конференции военных организаций большевиков делегаты с мест сообщали, что гарнизон крайне враждебно относится к правительству. Настроение солдат приподнятое. На другой день конференцию пришлось закрыть, не закончив работы: шли тревожные сведения из Петрограда, в Москве готовились к восстанию, делегатам необходимо было быть на месте.

Московский комитет большевиков предложил развернуть в районах братание рабочих и солдат. 23 октября Краснопресненский Совет рабочих депутатов по предложению большевиков организовал манифестацию всех фабрик и заводов района. Со знамёнами и лозунгами «Вся власть Советам!» рабочие пришли на Ходынку. Тут состоялся совместный митинг с солдатами 1-й артиллерийской запасной бригады. После митинга рабочие и солдаты с музыкой и пением революционных песен двинулись на Ваганьковское кладбище. На могиле большевика Н. Баумана, убитого в 1905 году черносотенцами, собравшиеся поклялись довести борьбу до конца.

Николай Эрнестович Бауман

24 октября соединённое заседание Советов рабочих и солдатских депутатов утвердило устав Красной гвардии. Речь шла о Красной гвардии, организованной Советом. Она существовала наряду с Красной гвардией партии большевиков. Полтора месяца эсеры и меньшевики мешали утверждению устава. Большевики говорили, что главная задача Красной гвардии — сохранение завоеваний революции и борьба с контрреволюцией. Другая задача — это борьба с погромными выступлениями в городах.

Меньшевики вновь выступили со своими «предупреждениями».

Эсеры из Исполнительного комитета Совета солдатских депутатов заявили, что не считают возможным даже участвовать в обсуждении устава Красной гвардии: это дело рабочих депутатов, а все нежелательные последствия от организации Красной гвардии они возлагают на Совет рабочих депутатов. Тем самым эсеры демагогически натравливали солдат на рабочих.

374 голосами против 8 при 27 воздержавшихся соединенное заседание Советов приняло устав.

Следующим вопросом стоял доклад о реализации постановления Советов от 19 октября. Большевики в развитие этого постановления предложили принять следующий декрет:

«ДЕКРЕТ № 1.

1.    Приём и увольнение рабочих производится администрацией предприятия с согласия фабрично-заводского комитета. В случае несогласия последнего дело переносится на рассмотрение районного Совета рабочих депутатов, решение которого является обязательным для сторон. До окончательного решения как приём, так и увольнение считаются несостоявшимися.

2.    Приём и увольнение служащих производятся с согласия комитета служащих.
Примечание 1. В тех предприятиях, где не существует отдельного комитета служащих, приём и увольнение их производятся с согласия общего комитета.

Примечание 2. Фабрично-заводской комитет рабочих имеет право опротестовать постановления комитета служащих, причём в этом случае дело разрешается созданной примирительной комиссией при Совете рабочих депутатов.

3.    Означенные постановления являются обязательными для всех предприятий города Москвы. Против виновных в нарушении их Совет рабочих и солдатских депутатов будет применять самые решительные меры воздействия, вплоть до ареста их»1.

Подавляющим большинством декрет № 1 был утверждён. Принятием декрета Совет приступал к проведению в жизнь лозунга большевиков о контроле над производством. Совет превращался в орган власти. Московские большевики стояли накануне решительных действий.

«Война объявлена, — писал орган Московского комитета, — в Калуге разогнаны Советы, члены их арестованы, некоторые, по слухам, расстреляны. В городе хозяйничают казаки, посланные по приказанию Временного правительства с Западного фронта.

Дело ясно: правительство объявило гражданскую войну и уже одержало первую победу в Калуге. То, что мы предсказывали, совершилось: уже не Корнилов, а сам Керенский во главе негодяев-капиталистов открыто идёт против народа, который он в течение семи месяцев одурачивал своими пышными речами... Керенский и его агенты — наши открытые враги: никаких переговоров с ними. С врагами не разговаривают — их бьют... Необходим немедленный отпор! Время разговоров прошло...»2

Для московских большевиков и Московского областного бюро вопрос о подготовке восстания стоял значительно шире, чем вопрос о руководстве борьбой в Москве. В состав областного партийного объединения входили тогда, кроме самой Москвы, губернии: Московская, Владимирская, Тверская, Ярославская, Костромская, Нижегородская, Воронежская, Тульская, Орловская, Смоленская, Рязанская, Калужская, Тамбовская.

Московское областное бюро было тесно связано с партийными организациями области. 27 — 28 сентября 1917 года состоялся пленум Московского областного бюро, на котором были представлены довольно широко делегаты местных парторганизаций. Пленум подвёл итоги огромной работе, проделанной за последние месяцы. Из докладов с мест выяснилось, что влияние большевиков гигантски выросло, организации большевиков растут и охватывают своим руководством широкие массы трудящихся.

Всего в области числилось примерно до 70 тысяч членов партии большевиков, причём половина приходилась на Москву и её губернию. Во время работы пленума областного бюро 27 сентября вдруг сообщили, что Владимирский Совет солдатских депутатов срочно запрашивает: подчиняться ли распоряжению Керенского о выводе всего гарнизона из города? Прения были прерваны. Все почувствовали, как близки решающие события. Все поняли, что дело не только во Владимире: Временное правительство начинает поход против революционно настроенных гарнизонов. Пленум принял следующую резолюцию по этому вопросу:

«Стремясь к сохранению всех революционных сил для предстоящего проведения в жизнь лозунга «Вся власть Советам!», областное бюро предлагает местным организациям решительно бороться против систематически проводимого плана ослабления революционных центров путём вывода из них революционных частей войск»1.

Владимирским товарищам телеграфно предложили оставить гарнизон в городе.

28 сентября пленум областного комитета обсуждал резолюцию по текущему моменту. Некоторые из ораторов связывали борьбу за власть Советов с провозглашением Республики Советов. Это означало отсрочить борьбу за власть до съезда Советов. Но большинство резко выступило против такого толкования.

«Связывать борьбу за власть Советов с созывом Всероссийского съезда Советов неправильно, — говорили делегаты. — Реальная борьба за советскую власть может разгореться раньше, и у нас нет никаких оснований откладывать эту реальную борьбу до созыва съезда»2.

Резолюция пленума была принята в духе письма Ленина:

«В условиях настоящего момента политическая борьба переносится из всяких представительных учреждений на улицу. Важнейшей задачей дня является борьба за власть, которая в условиях настоящего времени начинается неизбежно с борьбы на местах с продовольственной,  жилищной и хозяйственной разрухой»3.

Пленум требовал создать боевые центры в крупных промышленных городах и установить между ними тесную связь. Делегаты пленума тотчас же по его окончании разъехались на места проводить  его решения в жизнь.

После решения Центрального Комитета большевистской партии о восстании Московское областное бюро предложило всем местным партийным организациям связать своё выступление с началом восстания в центре. При назревании конфликтов с властями не идти на уступки, но и не доводить до кровавого столкновения, допустимого лишь в условиях и в интересах общего выступления. Там, где власть фактически в руках Совета, бюро рекомендовало провозгласить её единственной властью данного города или района.

Решено было послать членов бюро в объезд по области, чтобы предупредить товарищей о близости выступления, собрать сведения о частях, на помощь которых может рассчитывать Москва, всюду заранее создать боевые центры по руководству восстанием.

На заседании областного бюро 14 октября были составлены условные телеграммы для каждого района. Они должны были быть посланы на места, как только в центре начнется восстание, и послужить сигналом к выступлению.

Большевики Московской области упорно и напряженно готовились к решающим боям. Наиболее благоприятная обстановка для быстрейшего завоевания власти создалась прежде всего в таких промышленных губерниях, как Владимирская, Ярославская, Тверская. Здесь Советы до Октября были завоёваны большевиками.

Иваново-Вознесенск был тогда уездным городом Владимирской губернии. Своеобразие хода Октябрьской революции в этом крупнейшем текстильном районе, находящемся в непосредственной близости от Москвы, заключалось прежде всего в том, что буквально за несколько дней до октябрьских боев здесь развернулась огромная по размаху и значению стачка текстильщиков Иваново-кинешемского района, захватившая текстильные центры Владимирской и Костромской губерний.

В 3 часа ночи с 20 на 21 октября Центральным стачечным комитетом Иваново-кинешемского профсоюза текстильщиков была разослана по всем районам следующая телеграмма:

«Двадцать первого десять часов утра начать стачку. Спешно оповестить фабричные заводские стачечные комитеты. Стачка начинается митингами на фабриках, затем рабочие мирно расходятся домой. Понедельник двадцать третьего всем рабочим десять часов утра явиться на фабричные митинги. Срочно подтвердить получение этой телеграммы, извещайте о начале, ходе стачки»1.

Ровно в 10 часов утра 21 октября остановились фабрики Иваново-Вознесенска, Кинешмы, Шуи, Родников, Середы, Коврова, Кохмы, Тейкова, Вичуги. Стачка охватила 114 предприятий — около 300 тысяч рабочих. Началась стачка с требования повысить прожиточный минимум для рабочих. Но ярко политический революционный характер стачки сказался прежде всего в том, что результатом её был переход предприятий Иваново-кинешемского района под полный контроль рабочих.

Буржуазная газета «Утро России» писала об Иваново-кинешемской стачке:

«На многих предприятиях рабочие, оставив работу, заперли фабрики, ключи взяли себе. Всюду расставлены вооружённые пикеты, которые препятствуют доступу лиц административного персонала в пределы фабричного двора. Не разрешают вывоза готовых товаров по интендантским заказам и в адрес министерства продовольствия. Технический персонал в виду массового вооружения рабочих терроризирован и принуждён будет покинуть фабрики»1.

Ни один аршин мануфактуры, ни одна вещь не могли быть взяты с фабрики без разрешения фабричного стачечного комитета. Ни хозяин, ни фабричная администрация не могли попасть на фабрику опять-таки без разрешения стачечного комитета. Рабочие становились подлинными хозяевами предприятий, с винтовкой, в руках охраняли они фабрики и заводы.

Присоединившись к стачке, рабочие Шуи по предложению председателя Шуйского Совета   М.В.Фрунзе приняли следующую резолюцию:

«Современная государственная власть в лице Временного правительства и его агентов на местах не в состоянии справиться с надвигающимися бедствиями... Только переход власти в руки Советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов как в центре, так и на местах может помочь народу справиться с надвигающимся кризисом»2.

23 октября в Шуе произошла массовая демонстрация рабочих, в которой приняли участие войска местного гарнизона. На митинге выступил Фрунзе. По его докладу была принята резолюция о переходе власти к Советам и поставлено требование Всероссийскому съезду Советов о взятии власти в свои руки, в чём ему была обещана всемерная поддержка.

Михаил Васильевич Фрунзе

Активно готовились к завоеванию власти большевики Твери и Тверской губернии, где числилось около 50 тысяч рабочих. Перевыборы Тверского Совета в августе дали абсолютное большинство большевикам. В начале сентября Тверской Совет рабочих депутатов на объединённом заседании совместно с фабзавкомами и профсоюзами признал необходимость передачи власти Советам. Тверская организация большевиков поставила своей основной задачей оказать вооружённую помощь Москве, задержав во что бы то ни стало в Твери находящихся там юнкеров и казаков, не допуская их в Москву, и, вместе с тем, в случае надобности послать вооружённые отряды рабочих и солдат в помощь Москве. Действительно, в Октябрьские дни в Москву были отправлены броневики из Кимр и стоявшие в Старице сапёры.

В передовых рядах борцов за власть Советов шла и Ярославская губерния, общее число рабочих в которой составляло свыше 40 тысяч, причём только на Карзинкинской мануфактуре в Ярославле работало в 1916 году 20 тысяч рабочих. К концу сентября 1917 года Ярославский Совет большевизировался и принимал большевистские резолюции по всем основным вопросам.

Воронеж в годы первой мировой войны превратился в значительный промышленный центр. Число рабочих в городе достигло в 1917 году 10 тысяч человек, причём больше половины из них были металлисты. В октябре 1917 года Воронежская губерния пылала в огне крестьянских восстаний. В конце сентября в Воронеже была созвана губернская конференция большевиков и был создан губернский комитет партии. Воронежский Совет накануне Октября находился ещё в руках меньшевиков и эсеров, а в губернии очень большим влиянием на крестьянство пользовались эсеры. Но меньшевистско-эсеровский Воронежский Совет не отражал уже настроения масс, шедших за большевиками.

Обстановка, сходная с Воронежем, создалась накануне Октябрьских дней и в Смоленске. Здесь также Совет был ещё в руках эсеро-меньшевиков, но он не отражал настроения масс: в боях после победы революции в Петрограде рабочие и солдаты Воронежа и Смоленска быстро разгромили врагов.

Наиболее напряжённая обстановка создалась в Калуге, где контрреволюция перешла в наступление ещё до октябрьских боёв в Петрограде и где ей удалось одержать временную победу.

В Калуге накануне Октября сложилось весьма характерное для маленького провинциального города соотношение сил. Совет солдатских депутатов находился под влиянием большевиков. В Совете рабочих депутатов (а в Калуге большинство предприятий было мелкого ремесленного типа) преобладали эсеро-меныневики. 17—18 октября в Калугу прибыли с Западного фронта казачьи отряды, драгуны и «ударный батальон смертников». 18 октября за подписью начальника гарнизона был издан приказ о введении военного положения в Калуге. Утром 19 октября губернским комиссаром Временного правительства Галиным был предъявлен ультиматум Совету солдатских депутатов о немедленном разоружении, роспуске солдатской секции и об отправке частей калужского гарнизона на фронт.

19 октября вечером открылось заседание Совета, обсуждавшее ультиматум Галина. Во время заседания здание Совета было оцеплено казаками и драгунами, выставлены были пулемёты и броневики. Галин потребовал немедленной выдачи членов Совета и сдачи всего оружия в течение 5 минут. Не дожидаясь истечения указанного срока, был отдан приказ обстрелять здание Совета. Внезапно затрещали пулемёты, зазвенели разбитые стёкла — Совет был обстрелян. Казаки ворвались знутрь здания, учинили там полный разгром, арестовали и заключили в тюрьму большевиков — членов Исполнительного комитета Совета. Наиболее революционная часть калужского гарнизона была отправлена на фронт. Разгром Калужского Совета был организован по прямому указанию Временного правительства. В крупном промышленном центре на такой шаг нельзя было решиться, поэтому и выбрали Калугу, чтобы этим примером «устрашить» страну накануне решающих боёв. Контрреволюция в Калуге торжествовала победу. Калужская городская дума 21 октября приветствовала разгром Совета и выразила благодарность громилам.

Но из всех губернских центров Московской области наиболее длительной и сложной была борьба за завоевание власти Советами в Туле и Тамбове. Причины запоздания и трудности, стоящие на пути установления советской власти, были, конечно, в Туле и Тамбове далеко не одинаковы. Тула — значительный по тем временам промышленный центр — насчитывала в 1917 году свыше 50 тысяч рабочих, из них почти две трети были металлисты и железнодорожники. К VI съезду партии тульская большевистская партийная организация имела 1 тысячу членов.

Но к Октябрю Совет в Туле находился ещё в руках соглашателей. Влияние меньшевиков в Туле было более значительным, чем в других промышленных центрах страны. Это объяснялось частично изменением состава тульского пролетариата в годы империалистической воины. На военные заводы, чтобы скрыться от мобилизации в армию, шли торговцы, кулаки, буржуазные сынки и т. д. Администрация тульских казённых заводов очень тщательно отбирала рабочих. Главной трудностью борьбы за власть Советов в Туле явился тот факт, что меньшевиков здесь поддержали и подали им руку помощи предатели из каменевско-зиновьевского лагеря, входившие тогда в состав большевистской фракции Совета. Ход борьбы в Туле исключительно наглядно показывал, что означала на деле, изменническая каменевско-зиновьевская позиция в Октябрьские дни. Именно союз сторонников «однородной социалистической власти» с не потерявшими ещё полностью своего влияния меньшевиками предопределил затяжку борьбы за власть Советов в Туле вплоть до декабря 1917 года. Но всё же, несмотря на то, что Тульский Совет находился в руках меньшевиков и эсеров, основная масса рабочих и здесь была завоёвана большевиками.

Совсем другие причины обусловили очень длительную и ожесточённую борьбу за власть Советов в Тамбове. Значительных кадров промышленного пролетариата в городе не было. Тамбов и Тамбовская губерния являлись центрами очень сильного эсеровского влияния. Сломить это эсеровское влияние являлось важнейшей задачей большевиков. Выполнение этой задачи затянулось в Тамбове на сравнительно длительный срок.

Несмотря на все особенности, которые отличали ход событий накануне Октября и в Октябрьские дни во всех центральных губерниях, входивших в 1917 году в состав Московской области, одна черта сближала здесь развитие событий: был ли Совет в руках большевиков или в нём преобладали ещё меньшевики и эсеры (как в Воронеже, Смоленске, Туле и других городах), завоёвывалась ли власть мирным или вооружённым путём, — во всех этих городах и промышленных районах (за исключением Тулы, Тамбова и, быть может, ещё одного-двух городов) соотношение сил было, как правило, таково, что победа достигалась с сравнительно большой быстротой и лёгкостью, и советская власть устанавливалась уже в конце октября и в начале ноября 1917 года.

Именно здесь, в основных пролетарских промышленных районах и центральных губерниях, был сосредоточен решающий перевес сил, лучшие силы рабочего класса, целиком завоёвана армия, изолированы соглашательские партии.

«Внутренняя Россия, — писал Сталин, — с её промышленными и культурно-политическими центрами — Москва и Петроград, с однородным в национальном отношении населением, по преимуществу русским, — превратилась в базу революции»1.

Эта характеристика Сталина относится не только к губерниям, входившим в состав Московской области, но и к Поволжью и Уралу, где обстановка накануне Октября и в Октябрьские дни сложилась примерно такая же, как и в Московской области.

продолжение следует

Скачать том 2

https://drive.google.com/file/d/0B5Ukzv8_4OCxWlZnVU91b2VEVWs/view?usp=sharing



Категория: История гражданской войны в СССР | Просмотров: 259 | Добавил: lecturer | Теги: Ленин, классовая война, История гражданской войны в СССР, Гражданская война, Горький, история, история СССР, СССР, классовая память
Календарь Логин Счетчик Тэги
«  Март 2017  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031

Онлайн всего: 6
Гостей: 6
Пользователей: 0
наше кино кинозал история СССР Фильм литература Большевик политика буржуазная демократия война Великая Отечественная Война теория коммунизм Ленин - вождь Лекции работы Ленина поэт СССР Сталин атеизм религия Ленин марксизм фашизм Социализм демократия история революций история революции экономика китай советская культура кино классовая борьба красная армия классовая память писатель боец Аркадий Гайдар царизм учение о государстве Гагарин достижения социализма первый полет в космос научный коммунизм Ленинизм музыка Биография Карл Маркс украина дети воспитание Коммунист Горький антикапитализм Гражданская война наука США классовая война коммунисты театр титаны революции Луначарский сатира молодежь комсомол песни профессиональные революционеры история комсомола Великий Октябрь история Октября слом государственной машины история Великого Октября семья построение социализма поэзия Сталин вождь рабочая борьба деятельность вождя съезды партии партия пролетарская революция Фридрих Энгельс документальное кино Советское кино рабочее движение история антифа культура империализм капитализм исторический материализм россия История гражданской войны в СССР Ленин вождь Политэкономия революция диктатура пролетариата декреты советской власти пролетарская культура Маяковский критика
Приветствую Вас Товарищ
2017